Category: производство

Про нас с дочерью. Продолжение 2


Через три месяца мы приехали в Станислав с Игорем, у него был отпуск. За эти три месяца Лена изменилась почти до неузнаваемости. Стала человеком. Свободно ходила по дому, передвигала стулья, если они ей мешали, вообще проявляла самостоятельность. И главное, она свободно говорила, разговаривала целыми предложениями как взрослая и слова произносила почти правильно. Почему-то не произносила согласный звук в начале слова, опускала его, начинала прямо с первого гласного звука. Себя она называла Ена и о себе говорила в третьем лице. Говорила: «Ена хочет кушать. Ена пойдёт в сад...» Она по-прежнему пила фтивазид, который начала пить ещё в Москве, бронхоаденит мы ещё не преодолели. Фтивазид разводили в киселе, и Лена послушно этот кисель съедала. Она вообще была послушная девочка, потому что очень доверяла взрослым, была уверена, что взрослые для того и существуют, чтобы служить детям. В еде она разбиралась. Как-то раз я кормила её киселём со фтивазидом и она сказала: «Кисло». Я удивилась, попробовала, оказалось, действительно я положила сахара немного меньше, чем обычно. Я приготовила картофельные котлеты и стала её кормить. Она прожевала кусочек, проглотила и спросила: «А мяско?!» Потом проглотила второй кусочек, вздохнула и сказала: «Мяска нет, только котлеточка».

Игорь пробыл с нами в Станиславе почти месяц, и это был для меня самый счастливый месяц с того времени, как Лена родилась. Все, кого я любила, были в одном доме, и моему счастью не было предела. И Игорь был счастлив. Как-то вечером Лене нездоровилось, я хотела ее укачать на руках, а потом положить в кроватку. Я ее укачивала и спросила Игоря, что бы мне ей спеть. Игорь что-то посоветовал, но мне не понравилось. Я сказала, что хочу какую-нибудь очень чистую мелодию. Пожалуй, я спою ей из Кабалевского. Я стала петь, Игорь сказал: «Я не могу на вас смотреть...» Он встал и отошел к окну, на глазах были слезы. Все родители любят своих детей и друг друга, но нашей любви неизбежные разлуки придавали какую-то болезненную остроту.

Игорь через месяц уехал, а я осталась ещё на три месяца. Потом и я уехала в Москву, но больше трёх месяцев я там не выдержала и вернулась в Станислав.
Collapse )

Свадебное путешествие в Станислав

Дорогие френды, спасибо за комментарии, вы очень добры. Господин petchorine, Вы мне сильно польстили, но лесть сладка, я хоть и была смущена, упивалась Вашими похвалами. Благодарю Вас.

До нашей поездки в Станислав Игорь видел маму один раз в течение нескольких часов, мы вместе ходили в кино.

В поезде в купе мы разговорились с попутчиками. Тогда, если собиралось 3-4 незнакомых человека, сразу завязывался оживленный и заинтересованный разговор. Все были как-то на одной волне, говорили на одном языке. Когда попутчики узнали куда, зачем и почему мы едем, то стали подтрунивать над Игорем, который едет «к теще на блины». Тема тещи обыгрывалась всю дорогу с большим юмором, острили напропалую. В русском фольклоре есть много шуток-прибауток и пр. об отношениях тещи и зятя: «Было у тещеньки семеро зятьев ...», «Зять на теще капусту возил, молоду жену в пристяжке водил...» и т.п. Игоря забавляли грубоватые шутки попутчиков, он смеялся, а я почему-то обижалась и даже злилась. Я говорила, что Игорь едет не к теще, а к замечательному человеку, каких они не видели.

Collapse )

Часть седьмая. Станислав. 1947 год. Взрыв.

Я уже писала, что мама работала на спиртокомбинате, и что при этом комбинате была межрайонная спиртобаза. На эту базу с районных спиртзаводов свозился спирт-сырец, и на комбинате производилась ректификация спирта и изготавливались водки и ликероводочные изделия. Межрайонной базой заведовал Шевцов. До войны он был председателем передового колхоза, во время войны один из командиров в партизанских соединения С.А. Ковпака, был близок с Ковпаком. Ковпак приезжал к нему в гости. На заводе работал еще один ковпаковец Дубров, он заведовал водочным цехом. Мама дружила с этими ребятами, очень уважала их, работать с ними ей было хорошо. Ее очень поражал Шевцов. Он никогда, нигде не учился, наверное, у него в анкете было написано неполное среднее. Как-то директор заявил ему, что без хотя бы диплома техникума он не может занимать такую должность. Шевцов попросил маму, чтобы она с ним позанималась. Она стала заниматься и с каждого занятия приходила изумленная и удрученная. Она не могла научить его даже писать мало-мальски грамотно. Говорил он на языке смешанном украинско-русском и писать мог только так. Мама говорила, что у нее ощущение, будто она занимается с иностранцем. Да она и иностранца быстрее бы научила. Между тем Шевцов ворочал огромными делами, и у него всегда было все в порядке. Однажды маме сказали в бухгалтерии: «Передайте Шевцову, пусть зайдет, у него тут какая-то путаница». Шевцов ответил маме: «Пусть внимательно смотрят, у меня путаницы быть не может». И он оказался прав. Такой был талантливый самородок.
Collapse )

Часть пятая. Казахстан (1)

После того, как пересекли границу Казахстана, от эшелона стали постепенно отцеплять вагоны. Делали это ночью. Утром мы замечали, что эшелон стал короче. Иногда, днём на территории Казахстана, на платформы выставляли столы с едой, в основном с вареной морковкой, немножко картошки и капусты, бесплатно, конечно. Мы с мамой ни разу не попытались выйти к этим столам. А моему брату раз удалось поесть. Ему помогли два больших мальчика. Один спросил у другого: «Что ты возишься с этим пацаном?» Второй ответил: «А ты видел его сестру?- Цимес!» Брат вернулся в вагон и спросил у мамы, не знает ли она, что такое цимес. Мама сказала, что это морковный соус. Брат ответил, что этого не может быть, потому что парнишка сказал, что наша Лина - цимес. Так, благодаря тому, что я понравилась парнишке-попутчику, мой брат досыта наелся вареных овощей.Collapse )

Рукопись, найденная под кроватью. Новый год. По поводу комментариев и некоторые пояснения. (3)

 Спрашивают, когда это было написано и сколько мне было тогда лет. Это было написано в 1962 году и лет мне было 37. Я хочу еще объяснить, зачем это все писалось. Мне казалось, я объяснила, но, по-видимому, объяснила плохо. Это действительно литературные упражнения. Когда хочешь понять тайну, загадку, письма какого-либо писателя, а самый загадочный, на мой взгляд, А.П.Чехов, и я много им занималась, то нужно попробовать что-нибудь написать, как он. Как он все равно не получится, но мучаясь над этим, ты что-нибудь для себя поймешь. М.Зощенко однажды написал повесть «Талисман» и выдал ее за одну из повестей Белкина, не включенную Пушкиным в собрание сочинений. И поверили. Потом М. Зощенко конечно разоблачил собственную мистификацию . Такая же история была и с главой из «Анны Карениной». Я с интересом и удовольствием занималась такими упражнениями. Но интересно писать не только под какого-либо определенного писателя, интересны упражнение и с другими целями.
Collapse )