Category: медицина

Пропущенные 15 лет. Окончание

В 1982 году в нашей жизни произошла большая перемена – мы купили телевизор. До тех пор мы жили без телевизора, принципиально не хотели его заводить. То, что мы видели по телевизору, бывая в гостях у друзей, нам не нравилось. Мы боялись, что, если заведем телевизор, он против нашей воли втянет нас в какую-то суету и пустоту, и просто дорожили тишиной. Но однажды Саша Родин принес к нам и поставил на письменный стол свой маленький телевизор. Сказал, что принес нам телевизор специально, чтобы мы могли посмотреть «Семнадцать мгновений весны», этот сериал повторяют, и посмотреть нам его необходимо. Весь народ смотрел этот сериал, он породил целое направление в фольклоре, анекдоты про Мюллера и Штирлица, и проч. Народ разговаривает цитатами из этого фильма, а мы его не видели и ничего этого не понимаем, оторвались от народа. Мы стали смотреть сериал и, поскольку телевизор стоял на столе, посмотрели еще кое-что. Увидели актеров, которых мы не знали, услышали певцов, которых мы прежде не слышали, нам стало ясно, что мы действительно много пропустили и выпали из культурного контекста. В связи с болезнью Игоря мы стали реже ходить в театры и концерты. Словом, мы сдались и купили телевизор. В первый же вечер, что мы купили телевизор, мы посмотрели фильм «Рафферти» с Олегом Борисовым в главной роли. Мы впервые увидели этого актера, он нам так понравился, что мы несколько дней только о нем и говорили. На следующий день была опера «Тоска», партию Каварадосси исполнял Владислав Пьявко, небольшой голос, но удовольствие мы получили. А потом был фильм-балет «Анюта» с Екатериной Максимовой – это был совершеннейший восторг. Мы, два сильно немолодых человека, радовались и удивлялись, как дикари, тому, что, оказывается, теперь можно не выходя из дома посмотреть фильм, спектакль, даже оперу и балет. Я стала много смотреть телевизор, получила возможность смотреть на человеческие лица. Я уже говорила, что самое интересное для меня – это человеческое лицо. Иногда в вагоне метро я видела какое-нибудь интересное лицо и смотрела на него не отрываясь – до тех пор, пока не встречалась с удивленным взглядом человека, на которого смотрю. А по телевизору я могла смотреть на лица сколько угодно. Я этого человека вижу, а он меня – нет, и можно смотреть не скрываясь. Вот я и смотрела. Мне неважно было, о чем передача, я просто людей разглядывала. Валя Тареева, застав меня за этим занятием, сказала, что никогда не видела, чтобы кто-нибудь так смотрел телевизор.
Collapse )

Пропущенные 15 лет. Продолжение-2


Прошлый пост я закончила тем, что счастливое течение нашей жизни на Войковской было прервано инфарктом Игоря. В 1978 году у него случился инфаркт, обширный, с поражением двух стенок и перегородки. Он мог умереть сразу, но чудом остался жив. Я не просто испугалась, а моя жизнь разделилась на эпоху до инфаркта и после инфаркта. Скорая отвезла нас в 50-ю больницу. Врачи сказали, что положение крайне опасное. Я попросила у заведующей отделением разрешения быть с Игорем круглые сутки. Она сначала не разрешила, сказала: «Как вы себе это представляете… Женщина в мужской палате... Кроме вашего мужа в палате еще трое мужчин. Вы их будете стеснять...». Я сказала, что мой муж лежит у окна. Я поставлю кресло так, чтобы его спинка отгородила его от остальной палаты. Я никого не буду видеть, и никто не будет видеть меня. Я сказала, что моему мужу велели лежать на спине совершенно неподвижно, но он не сможет соблюдать этого указания, если при нем не будет сиделки. Как он сможет есть суп лежа на спине и вообще есть? Да и не только еда... Я упрашивала заведующую, с трудом удерживая слезы, и она согласилась. Эти проведенные в палате полтора месяца я помню даже не по дням, а по часам. Полтора месяца мучительного страха, терзавшего меня, и почти полного отсутствия сна.

Больница была недалеко от моей работы, полчаса бега. Моя заведующая Юлия Петровна разрешила мне работать в больнице. Я брала журналы в больницу, но работа не шла. У нас была норма — 12 рефератов в день, и я ее не выполняла. Юлия Петровна была очень порядочным человеком с очень тяжелым характером. Из-за этого у меня с ней были трения. Я вообще была в отделе лидером оппозиции, это моя органическая позиция. Тем не менее Юлия Петровна меня ценила, а во время болезни Игоря она меня просто поразила. Я полтора месяца почти ничего не делала, журналы славяноязычных стран, с которыми работала только я, попали в издававшийся нашим отделом РЖ (реферативный журнал) на месяц позже журналов всех остальных стран, и Юлия Петровна мне слова не сказала.
Collapse )

Пропущенные 15 лет

Это прямое продолжение серии постов, которую я назвала «Мой друг Саша Родин». Здесь будет много про Сашу Родина, потому что он занимал большое место в нашей жизни, но не настолько большое, чтобы весь 15-летний отрезок нашей жизни назвать его именем. Когда я стала вести блог десять лет назад, моей целью было написать воспоминания о своем времени, о моих друзьях и о себе. Я начала вспоминать с бабушек-дедушек, с родителей, дядей и тетей. Вы помните, благодаря этим воспоминаниям меня нашли два моих двоюродных племянника — сыновья моего двоюродного брата, которого мы с мамой считали погибшим. Я тогда довела воспоминания до 1957 года, до Международного фестиваля молодежи и студентов в Москве. На этом я прервала свои воспоминания, потому что моя дальнейшая жизнь — это история моих отношений с Игорем Тареевым. И это отдельная история. Я ее тоже начала писать, начала с 1951 года, года нашего знакомства, дошла до 1956 года и прервалась на полуслове, как всегда думая, что прервалась на несколько дней, оказалось, что на много месяцев, но я еще к этой теме вернусь. А сейчас я хочу написать воспоминания о 15 годах нашей жизни — с 1969 по 1984. Вы все время пишете мне, что я должна заниматься именно этим — писать воспоминания, поэтому я надеюсь, что к этим моим постам вы отнесетесь благосклонно.

Я написала в предпоследнем посте, что в 1969 году мы съехались с мамой, семья воссоединилась, мы теперь жили все вместе — и от этого были все счастливы. Мы съехались — четыре совершенно разных человека, не похожих друг на друга несмотря на родственные и отчасти даже кровные связи. В этом квартете у каждого была своя партия. В бытовом плане роли распределялись так… Мама готовила в будние дни, а я в выходные так, чтобы осталось и на понедельник, а также по праздникам и когда должны были прийти гости. Гости у нас бывали часто — наши с Игорем друзья и друзья Лены, сначала одноклассники, а потом и однокурсники, и друзья мамы. Я рассказывала, что родственники маминых друзей приезжали к нам из Австралии. Я уже писала, что любила готовить и готовила много. В доме всегда были пироги из самого разнообразного теста и с самыми разнообразными начинками. Я гордилась тем, что если какие-нибудь гости к нам завалятся неожиданно в 12 часов ночи, то и в это время суток они смогут получить обед из трех блюд.
Collapse )

Про медицинскую помощь, которой вы так настоятельно советуете мне воспользоваться

Сначала про скорую помощь. Три месяца с небольшим назад Лена вызвала мне скорую помощь. Был сердечный приступ или что-то в этом роде, и Лена хотела сделать кардиограмму, пока я в таком состоянии. Ни из нашей поликлиники, ни даже платная кардиограмма не приедут немедленно, срочно приезжает только скорая помощь. И Лена вызвала ее, считая, что приступ — достаточное основание для вызова. Вошли, как всегда это бывает, два человека: немолодая, очень приятная женщина-фельдшер и солидный дядечка врач, тоже пожилой. Пока фельдшер занималась кардиограммой, врач спросил меня, что я чувствую. Я постаралась как можно точнее описать свои ощущения, но он… ни одному моему слову не поверил. Вот не поверил — и все тут! Сказал, что сердце болит не там, где я показываю, и что есть такие одинокие старухи, которым не с кем пообщаться, им очень скучно, им нужно с кем-нибудь поговорить, и вот от скуки, для развлечения они вызывают скорую помощь. Другими словами, он сказал, что я симулянтка. То, что здесь была моя дочь, и значит, я не одинокая старуха, и то, что моя дочь - врач и скорую вызвала не я, а она, - все это никак не повлияло на его мнение обо мне. Он, как вошел, сразу понял, что я симулянтка, и это убеждение невозможно было поколебать. Я, конечно, могла сказать ему, что в прошлый раз я, вернее, Лена для меня, вызывала скорую помощь в 2004 году, и тогда машина увезла меня в кардиологическое отделение 23-й больницы с начинающимся отеком легкого. Я пролежала там около двух месяцев сначала в реанимации, потом в палате интенсивной терапии, и меня никак не хотели выписывать, потому что не могли разобраться в моей болезни. Сказали мне: «Энгелина Борисовна, вы тяжело и опасно больны. Вы знаете чем?» Я сказала, что не знаю. Они сказали: «Вот и мы не знаем, а мы очень хотим узнать». Вот такие попались любознательные. Мне пришлось написать заявление, что я прошу меня выписать и за все последствия я сама отвечаю. Кроме того, я дала им обещание, что, если подобный приступ снова начнется, я позвоню им по телефону, номер которого они мне дали, они пришлют за мной машину, я приеду к ним в отделение — и вот тогда они, возможно, во всем разберутся. Я могла бы сказать это врачу скорой помощи, но у меня не было сил говорить, и к тому же я понимала - что бы я ни сказала, он останется при своем мнении. Когда они уехали, Лена сказала: «Мама, не обращай на него внимания. Нам нужна была кардиограмма, и она у нас есть. А завтра я покажу ее в Боткинской самому лучшему кардиологу». Вот такая была моя последняя встреча со скорой помощью.
Collapse )

Мой друг Саша Родин. Продолжение

Меня удивляет, до чего живуч человек. Собака бы издохла, а я выжила. Две ночи без сна, и не только ни секунды сна, но тяжелые страдания: рвота, боль, с сердцем плохо, с головой плохо - кардиоцеребральный синдром, озноб и судороги. Дышать не могла совсем. Лена стала меня слушать и говорит, что воздух в легкие совсем не поступает. Сказала: «Ты все-таки постарайся сделать усилие и вдохнуть и делать глубокие вдохи не реже раза в минуту». Так прошла ночь, а наутро Лена ушла на работу. Вот говорят, беда никогда не приходит одна - так и случилось. В понедельник в пять утра начался приступ, а в десять утра перестал работать телефон. Лена связалась с подстанцией, там сказали, что мастер придет во вторник от шести до восьми часов вечера. Так что Лена уехала, и я осталась без связи. Лена позвонила моему другу и помощнику Марине-старшей… У нее больной ребенок, не слишком здоровый муж, собака и семь котов, и живет она в Апрелевке. Но она все бросила, за полтора часа от Апрелевки доехала до меня и пробыла у меня до возвращения Лены с работы. Несмотря на болезнь мы с Мариной обсудили выборы в Мосгордуму, а также выборы в Израиле. И у Марины, и у меня в Израиле есть друзья, так что политический кризис в Израиле нам небезразличен.

Пожалуйста, не давайте мне советов вызвать скорую помощь, которая может, как вы говорите, сделать укольчик и в случае необходимости увезти в больницу. Я свою болезнь знаю лучше всяких врачей. Этот диагноз у меня с 2006 года. И моя дочь, и зять - врачи, они тоже наблюдают мою болезнь с самого начала. А на скорой приедут случайные люди, которые вообще обо мне ничего не знают, и из самых лучших побуждений могут не просто принести вред, а убить. Я знаю, что умру во время такого приступа, больше мне не от чего умереть. И на этот раз я думала, что это и есть тот самый последний приступ. То, что я выжила, - чудо, и вы знаете, я считаю, что это чудо сотворили вы. В среду вечером я уже смогла перебраться из постели в свое кресло перед телевизором, и канал ТВ "Культура" сделал мне большой подарок. В 00:00 началась передача о нашем друге Юзе Алешковском в связи с его юбилеем. Ему исполнилось 90 лет. Меня это удивило. Юза в наш дом привел Герман Плисецкий, и я думала, что они с Германом ровесники. Оказалось, что Герман на три года моложе. Передача мне не очень понравилась, но посмотреть и послушать 90-летнего Юза было интересно.


А теперь я поставлю пост, написанный еще до болезни, как и тот пост, который Юра поставил в среду.


Collapse )

Ответы на комментарии к последним постам. Продолжение - 2.

Хочу ответить на следующий комментарий.
novichok18
«Мне больше нравятся ваши посты про литературу. Я не к тому, что придерживаюсь взглядов Семена. А к тому, что вы, на мой взгляд, слишком радикальны и уверены в своем мнении, и его буквально навязываете. Вы не задумывались о том, что можете ошибаться, что ваше мнение, может быть, и не совсем верное?
Меня всегда удивляет категоричность людей в области, в которой никогда нет четкого ответа, даже по прошествии времени.»


Уважаемый novichok18! Я вовсе не во всем уверена и не обо всем сужу категорично. Напротив, я в постоянных сомнениях и в поиске и этими поисками занимаюсь вместе с вами. Но есть то, что я уже нашла, что я выстрадала, я в этом убеждена и хочу убедить всех. К сожалению, за почти 10 лет существования нашего ЖЖ мне никого ни в чем убедить не удалось. Я выступаю в жанре «глас вопиющего в пустыне» - это мой жанр. Но отсутствие успеха и даже надежды на успех не основание для прекращения усилий. Вот я их и не прекращаю.

Вы написали, что вам нравятся мои посты про литературу. Это ценное для меня высказывание и прямо-таки очень важное. Я сама люблю писать о литературе. Я уже говорила, что литература - не только моя профессия, это мое хобби и главный интерес в жизни. Я много пишу о литературе, но меня всегда мучают сомнения, мне кажется, что это интересно только мне одной. Я знаю, что многие любят художественную литературу, но интересны ли им такие подробные и скучные разговоры о ней? Я, правда, пишу не статьи, а эссе, другими жанрами я не владею, и выражаю свое очень личное мнение в полемической форме, но все же, мне кажется, что иногда получаются статьи и слишком академично. Но раз хоть кому-то одному интересно, я продолжу писать. Вот прямо на следующей неделе я вернусь к разговору о Максиме Горьком. Я о нем много писала, начиная с конца марта прошлого года в связи с его юбилеем, но прервалась на полуслове, как это обычно со мной и бывает. Отвлекло какое-то актуальное событие, на которое необходимо было прореагировать, думала как всегда, что прервалась на неделю, а получилось на год. А теперь я все-таки к Горькому вернусь и доскажу все, что хотела сказать на эту тему. И кроме Горького у меня есть планы, касающиеся других писателей и поэтов, когда-нибудь я эти планы реализую, если Господь продлит мои дни.

Collapse )

В дополнение и в связи с постами о психиатрии. Продолжение.


Прошлый пост я прервала на полуслове просто потому, что помощнице, которая печатала, нужно было срочно уйти, а когда и кто придет в следующий раз, было неизвестно. Поэтому я решила поставить то, что уже напечатано, написав «продолжение следует». А теперь я продолжу.

Я хотела рассказать историю из практики врача-психиатра Елены Соколовой, жены моего брата Феликса Березина. Я уже писала, что Елена была человек особенный, обладала таким свойством, какого я не встречала больше ни у кого. Когда она общалась с человеком, с любым, то этому человеку казалось, что он встретил единомышленника, единочувственника, родную душу, свое второе, лучшее «я». Поэтому ей все открывались, и она могла читать в душах людей как в открытой книге. Я тогда сотрудничала в некоем журнале; поскольку речь идет о психическом заболевании, то названия журнала и настоящих имен я называть не буду. Я писала в каждый номер этого журнала, и у меня была там любимая редактор, назовем её Ольга. Я была её любимый автор. Она была для меня идеальным редактором, ни разу в моем тексте не изменила ни одного слова, даже ни одну запятую не переставила. Когда она ушла из журнала, то с редактором, который пришел ей на смену, я работать не смогла. Она все время пыталась что-то в моих рецензиях редактировать, что-то пыталась мне объяснять про литературу, в которой сама ничего не понимала, и я отношения с этим журналом прекратила.

Collapse )

Ответы на комментарии к посту от 10.02 (о психиатрии). Окончание.

Продолжу отвечать на коментарии notabler.

Уважаемая notabler, вот вы говорите, что, если «умница и вполне адекватная Новодворская ненавидела психушку, она наверняка имела для этого все основания». Чтобы считать Валерию Ильиничну вполне адекватной, нужно трактовать норму очень расширительно. Достаточно посмотреть на неё и послушать 2-3 минуты, чтобы по её внешнему виду, её подчёркнутой женской непривлекательности, особенностям её аффектированной речи понять, что она человек как минимум очень странный, сильно отличающийся от окружающих. А о том, были ли у неё основания ненавидеть психушку, можно судить по её же воспоминаниям. Мы уже с вами об этом говорили, терапия была щадящей, если бы она таблетки не выбрасывала в унитаз, а принимала, то это принесло бы ей пользу. И её поступок, из-за которого она оказалась в Казанской больнице, очень странный и нелогичный, нельзя считать поступком разумного человека. Я могу увидеть логику даже в актах индивидуального террора, которые совершали народовольцы и эсеры. У них была теория, была организация, была программа. Они считали, что акты индивидуального террора, если их будет много, могут испугать власть и заставить её приступить к реформе. А какого результата ожидала Валерия, когда разбрасывала листовки во Дворце съездов? Во Дворце съездов, где собирается избранная публика? Она рассчитывала их распропагандировать? Конечно, нет, она не была настолько наивной. И она прекрасно понимала, что об этом её поступке не сообщат никакие СМИ; если бы сообщили, то это дало бы какой-то эффект. Этот её поступок похож на очередную попытку суицида, как бы не прямую, а косвенную. Он, конечно же, был направлен против неё самой. Может быть, она рассчитывала на более суровое наказание. Словом, она хотела, чтобы с нею что-нибудь сделали, потому что сама не знала, что ей с собой делать. При прекрасной душе Валерии Новодворской, её остром уме и талантливости, её, как я понимаю, не полюбил ни один мужчина. Некрасивость не причина. Я знаю случаи, когда мужчина бросал красивую жену, добрую, с которой он был счастлив, и уходил к некрасивой стерве, с которой вряд ли можно было рассчитывать на счастье. Вот то, что Валерия Ильинична ни одному мужчине не показалась привлекательной, это говорит о том, что в ней вообще не видели женщину, не было в ней женского начала, и это тоже странность. Это тоже отличает её от большинства людей. А норма, как мы с вами уже говорили, понятие чисто статистическое.
Collapse )

Ответы на комментарии к посту от 10.02 (о психиатрии). Продолжение.

А теперь я все-таки отвечу на комментарии. Я уже написала в прошлом посте, что комментарии были неграмотные, многие из них к тому же были неумные и злые, поэтому я буду ориентироваться на комментарий notabler. Она наша постоянная читательница, обычно пишет интересные комментарии, я считаю ее своим другом и люблю. Её комментарий аккумулирует тему многих комментариев, так что это ответ не только ей. Комментарий notabler тоже неграмотный.

«любое антипсихотическое лекарство вредит. Одна таблетка в день рисперидона увеличила вес моего сына на 20 кг, убила производство тестостерона. Были две другие из той же оперы, они превратили его в овощ, он лежал на кровати и пялился в потолок, слюна текла изо рта. Есть таблетки, которые причиняют ужасную боль, по сути не являются вредными, поскольку не убивают. Так что взгляд врача-психиатра из той, советской, системы, меня мало убеждает. Психиатрия не была карательной, т.е. не была пыточной умышленно, но она была вредна для здоровья любого человека и причиняла душевные муки из-за лишения свободы и физические муки, по природе этих самых лекарств. Кстати, вчера прочла, что некоторые лекарства там вводились подкожно, вызывая свищи и нарывы на долгие месяцы. Не может ваш брат гарантировать за весь СССР. Если в Москве был контроль и какой-то надзор, это не значит, что он был везде. Если В.Новодворская делала две попытки суицида, это никак не доказывает ее психического нездоровья, скорее, наоборот. В юные годы многие делают такие попытки. Я сама делала такую попытку, смешную, выпила пачку успокоительных, не помню название, на "ре" начинаются. Ничего не почувствовала. А уж моя психика - воистину железобетонная. Еще одно - вы пишете, что терапия была "щадящей". Само это слово предполагает наличие "нещадящей" или "нещадной". Если умница и вполне адекватная Новодворская ненавидела психушку, она наверняка имела для этого все основания. Я вот ненавидела лесную школу для туберкулезников. И главная причина была - выдача одежды. Это когда после бани вытаскивали гору одежды - от трусов до верхней (Добрянка, Пермская область, 1962 год), и дети бились, чтобы получить что-то попристойней вместо растянутых панталон и девочковую кофточку вместо мальчиковой вельветовой драной куртки, которая мне доставалась чаще всего, потому что я не дралась. Так что довести до самоубийства вполне можно только одними унижениями, без лекарств вообще.»

Начну сначала. Относительно сына. Возможно, терапия для него была подобрана неудачно. Препараты надо подбирать, это дело непростое и длительное, но если набраться терпения и доверять врачам и если врачи достойны доверия, то в конце концов можно подобрать соответствующую терапию. Но, конечно, медицина не всесильна и врачи не волшебники, возможно, хроническая болезнь вашего сына вообще не поддается лечению. А в отсутствии производства тестостерона я не вижу ничего катастрофического. Спортсмены для увеличения мышечной массы принимают препараты, которые подавляют производство тестостерона, делают это вполне сознательно. Им важнее добиться высоких результатов в своем виде спорта, стать чемпионами и рекордсменами, чем быть хорошими любовниками. Человеку всегда приходится выбирать, что важнее, определить приоритеты. Все получить невозможно.
Collapse )

Ответы на комментарии к посту от 10.02 (о психиатрии).

На этот пост было много комментариев, вполне ожидаемых. Я, правда, не ожидала, что разговор зайдет обо мне лично, всё мне припомнили и за всё меня осудили. И что родители у меня были коммунистами, и что я православие приняла. Совершенно очевидно, что комментаторы - наши постоянные читатели. Они не только прочли всё, что я написала про Сталина, но даже запомнили. Действительно, я писала, что последним шагом Ленина, последним его решением было введение НЭПа, который ему не так просто было протащить. Он говорил, что НЭП - это всерьез и надолго, что это соревнование двух систем, и какая победит, та и останется. НЭП открывал для Советского Союза путь к превращению в социал-демократическое государство, примерно шведская модель. И если бы Ленин руководил государством еще 10-15 лет, то, возможно, Советский Союз стал бы социал-демократической страной. Но через год после введения НЭПа Ленин заболел, отошел от руководства государством, а вскоре умер. Сталин быстро свернул НЭП, а в 1927 году провел коллективизацию - отнял у крестьян землю, которую им дала советская власть, согнал их в колхозы и закрепил за колхозами. Сформировалось что-то вроде крепостного права на новом витке спирали исторического развития. А через 10 лет после проведения коллективизации, в 1937 году, Сталин совершил окончательный контрреволюционный переворот. Он уничтожил всех коммунистов и установил диктатуру личной власти. Коммунистический проект он заменил проектом имперским, который и реализовывал всю свою жизнь. Как опору для своей диктатуры он создал новую привилегированную элиту, класс бюрократии, интересы которой часто не совпадали с интересами народа, а иногда и противоречили им. Таков мой взгляд на историю Советского Союза и вы, мои читатели, ничего сколько-нибудь убедительного ему не противопоставили.
Collapse )