Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

В Приуральном моё сердце

В горах моё сердце… Доныне я там.
По следу оленя бегу по скалам.
Гоню я оленя, пугаю козу.
В горах моё сердце, а сам я внизу!
Роберт Бёрнс, пер. С.Я.Маршака

Вот сама я живу в Москве, а сердце моё осталось в Приуральном – часть моего сердца, часть моей души. Там у меня была первая любовь, она и сейчас со мной, никуда не делась.
В Приуральном был непосильный труд, голод, холод и малярия. Но была молодость, а она непобедима, и ей море по колено. Но главное, в Приуральном я оказалась в Природе. А до войны я даже не знала, что она существует. В Приуральном была Степь, и небо над степью. Я уже подробно рассказывала, какую роль в моей жизни сыграла степь. Государыня Степь, она меня воспитала, переформировала. Если бы не степь, я была бы сейчас другим человеком. Степь густо населена разнообразными животными, от волков до полевых мышей, а ещё дрофы и стрепеты, которые теперь занесены в Касную книгу, а тогда они у меня выпархивали из-под трактора. А до войны животных в моей жизни вообще не было, вернее, были животные в зоопарке в клетках. Но когда ты видишь животное вне его среды обитания, то ничего про него не понимаешь. А в колхозе я общалась с животными, вступала с ними в трудовые отношения, я имею в виду лошадей и волов. Всё, связанное с природой, красиво. В каком-то американском фильме, название фильма я не помню, помню только, в этом фильме главную роль играл Джонни Депп, один из персонажей, индеец, говорит, твердит, как мантру: «Пусть впереди меня будет красота, пусть надо мной будет красота, пусть вокруг меня будет красота…». Вот именно это было в Приуральном, я жила внутри красоты.

Collapse )

Ещё о моей жизни во время войны. Продолжение-3


В предыдущих постах на эту тему я писала о том, как мне в Приуральном было трудно и плохо — работа на пределе сил, голод, холод, болезни, плохие жилищные условия и т. п. Но с Приуральным связаны не только отрицательные впечатления и переживания, было и хорошее, и ещё какое!
Я человек городской, город — моя среда обитания. В городе мне всё понятно, в городе мне комфортно. И в Приуральном мы с Феликсом вспоминали о городе, как об утраченном рае. Вспоминали немудрёную песенку, городской фольклор:

Вечерний город весь в электросвете,
Бегут трамваи марки А и Б.
В одном прицепе в синеньком берете
Кондуктор Валя с сумкой на плече.
Тряхнув головкой в локонах кудрявых,
Она кричит: «Кто не взял билет?
Потеснитесь, гражданин, вы в вагоне не один.
Граждане, местов свободных нет».
Collapse )

Про Веру Инбер. Окончание


Вера Инбер писала не только стихи, но и прозу, и документальную прозу. Я очень люблю её рассказы, такие как «Тосик, Мура и «ответственный коммунист», «Майя», «Соловей и роза» и др. Рассказы Веры Инбер похожи на её стихи. В них тот же лиризм и мягкий юмор, очень точно дозированные, и то же сугубо женское восприятие жизни. Жизнь в рассказах Веры Инбер несколько поэтизирована. Стихи, напротив, написаны разговорным языком, и в них много того, что Пушкин называл «прозаизмами», а в рассказах жизнь поэтизированы. Как я уже сказала, я очень люблю её рассказы, они прелестные и очаровательные. Вообще, слово «очарование» как-то хорошо сочетается с творчеством Веры Инбер.

Как я уже писала, я не была лично знакома с Верой Инбер, но я часто видела её на всяких литературных тусовках. На этих тусовках все к ней относились с исключительным уважением и обращались соответственно. Воспринимали её, как человека из прошлого. Я вот сейчас с удивлением поняла, что Вера Инбер была тогда в возрасте моей дочери. Лену я воспринимаю как молодую женщину, и она сама себя так воспринимает. А Вера Инбер для меня принадлежала к старейшинам, и все её так воспринимали. Когда заходила речь о прошлом, то говорили: «Вера Михайловна, наверное, всё это помнит. Вера Михайловна, расскажите, как это было». И она рассказывала. Она была носительницей памяти о прошлом, хотя я не уверена, что её рассказы о прошлом были объективными.
Collapse )

Про нас с дочерью. Новая квартира


В 1963 году Зарядье снесли, и мы получили двухкомнатную квартиру у Северного Речного вокзала. Квартира так называемая малогабаритная. В двух комнатах 23 кв. м – 14,5 и 8,5 кв. м. Мне кажется, я эту квартиру уже описывала. Санузел там был крошечный, ванна сидячая. Прихожая тоже была очень маленькая. Вешалку на стену как-то повесили, а калошницу уже некуда было поставить. И никаких подсобных помещений – пылесос девать некуда. Правда, кухня была приличная – 7 кв. м, а плита двухконфорочная, так что я с моей любовью к кулинарии и застольям с гостями оказалась в трудном положении. Я использовала одновременно две конфорки, духовку, а если ожидались гости, то еще две электроплитки. Для посуды Игорь сколотил специальный стеллаж с полками шириной 30 см. Мы ухитрились втиснуть в кухню еще привезенную из квартиры в Зарядье старинную кушетку рекамье, на ней у нас иногда гости ночевали. Квартира была маленькая, но отдельная, а всех жильцов нашего огромного дома в Зарядье переселили в Свиблово и вселили в коммунальные квартиры. Александру Ивановну, Валю, ее мужа Славу вселили в коммунальную квартиру. Валя и Слава поженились перед самым переездом. Собственно, предстоящее переселение ускорило их решение о заключении брака. И тем не менее, эту семью, в сущности, две семьи, Александру Ивановну и Валю с мужем, вселили в коммунальную квартиру. Квартира была трехкомнатная, две смежные комнаты получили Тареевы и отдельную комнату получила так называемая «подселенка». Это называлось получить квартиру с подселением. Правда, Вале удалось вскоре купить однокомнатную кооперативную квартиру, и эту квартиру она обменяла с подселенкой на ее комнату. Однокомнатная кооперативная квартира и комната в коммуналке – это был, конечно, неравный обмен, и подселенка ей ничего не доплатила. Но все-таки Тареевы оказались в отдельной трехкомнатной квартире. Мы получили отдельную квартиру потому, что Феликс дал Игорю справку о том, что он состоит на учете в психдиспансере, что было правдой. Были две категории граждан, которым предоставляли отдельные квартиры: страдающие психическими заболеваниями и больные туберкулезом.

В нашей новой маленькой квартире было какое-то очарование. Окна выходили на две стороны, и в квартире всегда было солнце. В жаркие летние дни и теплые ночи в квартире пахло хвоей, хотя лес был от нас в трех автобусных остановках. У нас был большой балкон, на котором мы устроили настоящий цветник. И с точки зрения экологии это место было очень хорошим. Все мои болезни – и хронический тонзиллит, и хронический плеврит – прошли через несколько месяцев после переезда в эту квартиру.
Collapse )

История моей жизни. Родня мужа



Я хочу рассказать про старшую сестру Александры Ивановны Марию Ивановну, Муру, тётю Муру. Это интересная история, в ней отразилось время. Я уже писала, что после смерти отца Муру, которой было 17 лет, приняли в богатую купеческую семью в качестве воспитанницы и отчасти компаньонки. Мура была красавицей, и в неё влюбился сын хозяев, Юра, студент математического факультета Московского университета. Хозяева очень испугались, что их сын женится на бесприданнице, и быстро выдали Муру замуж за друга и ровесника хозяина, тоже очень богатого купца. Брак этот длился недолго, муж Муры вскоре умер, и на ней женился его друг и ровесник, опять же очень богатый купец. Это мне напоминает пьесы Островского, например, пьеса «Последняя жертва», где на героине, вдове купца, женится друг её мужа, Фрол Федулыч, спасая её от возлюбленного, которому от неё нужны были только деньги.

Второй брак Муры тоже продлился недолго. Произошла революция, и второго мужа Муры не стало, не знаю точно, как. Возможно, он умер от огорчения, когда у него забрали всё, чем он владел, человек ведь был очень немолодой. Мура второй раз стала вдовой. А Юрий, так сильно её любивший, в 1917 году окончил университет и ещё до того, как она овдовела, сразу после революции уехал на юг и там вступил в добровольческую армию Деникина, в которой воевал в течение всей Гражданской войны, дослужился, кажется, до чина капитана. После окончания Гражданской войны Юрий вернулся в Москву. Разыскал Муру, которую любил по-прежнему, сделал ей предложение, и она согласилась стать его женой. Белогвардейское прошлое ему в вину не поставили, я думаю, просто потому, что никто о нём не знал. Юрий стал преподавать математику в ВУЗах, когда организовали МАИ (Московский авиационный институт), он стал преподавать в этом институте, кажется, даже заведовал кафедрой. Институт дал ему квартиру в институтском комплексе, это называлось «жить на маях». У них было двое детей. Старшая дочь Валерия и сын Слава, не знаю его полного имени. Юрий всю жизнь любил свою жену такой же сильной и всепоглощающей любовью, как в юности, время ничего не изменило. Как-то Игорь зашёл к ним в гости, он часто у них бывал, и у него с собой был однотомник Блока. Он положил книгу на стол, дядя Юра её увидел и сказал: «Блок…». Он произнёс это слово так, как будто вспомнил о чём-то прекрасном и давно забытом. Полистал книгу и сказал: «Мура, здесь про тебя:
Collapse )

Ответы на комментарии



На первый пост «Заметки филолога» было 34 комментария. Читатели между собой бранятся. У меня было ощущение, что война, которая идет на полях ДНР и ЛНР, хлынула на страницы нашего ЖЖ. И по стилистике комментариев и их лексике видно какая это грязная война. Комментарии на следующие посты «Заметки филолога» касаются лингвистики. Основной полемист там Семен Спокойный. Не будучи лингвистом, он задает вопросы, на которые, как ему кажется, ответить очень сложно. Однако на них есть точные ответы. Нужно прочесть учебник диалектологии. Диалектология — это наука и очень интересная. В отличие от olitvak, которая считает диалектологию трудным предметом и еле его сдала, я изучала эту дисциплину с большим удовольствием. Диалекты, говоры, жаргоны, акценты, индивидуальные особенности речи — все это всегда мне было очень интересно, и у меня на это очень хороший слух. Я по первым словам могу отличить петербуржца от москвича, жителя Курска от жителя Орла, отличаю архангелогородцев. Не стану говорить о регионах, где особенности речи ярко выражены, например о Вологде, их все отличают. Недавно на «Эхе Москвы» появилась еженедельная передача Евгения Ройзмана, экс-мэра Екатеринбурга. Я наслаждаюсь его екатеринбургским произношением. В Екатеринбурге и Первоуральске живут две мои двоюродные племянницы — они так же говорят. Пожалуй, из всех лингвистических дисциплин, изучавшихся на филфаке МГУ, диалектологию я любила больше всего. Я хочу сказать, что если Семен Спокойный прочтет учебник по диалектологии, а также учебники по истории языка и по исторической грамматике, то он найдет там ответы на все свои вопросы.

Русский и украинский языки разделились сравнительно недавно. Но сейчас это два разных языка. Когда вскоре после замужества я привезла своего мужа-москвича в Станислав (теперь это Ивано-Франковск), он не понимал ни слова из того, что говорили окружающие. Моя подруга Нора Аргунова (я о ней много писала) прожила в Станиславе почти два года, но за эти два года она не научилась понимать окружающих. Говорила, что по недоступности для нее украинский язык не отличается от китайского. Правда, это было в Западной Украине в середине 1950-х годов. Язык западных украинцев не испытал воздействия русского языка. В языке западных украинцев есть полонизмы и германизмы. Эта территория входила в состав Австро-Венгрии. Но поскольку немецкий язык не похож на украинский, то на чистоту украинского языка западных украинцев он не повлиял. А вот украинский язык в Восточной Украине подвергся воздействию русского языка, разрушительному воздействию. Но я об этом уже все написала.
Collapse )

Мой друг Александр Родин. Продолжение-3.

Не стану описывать всех своих злоключений, но в ноябре, а может быть в декабре 1946 года я уже работала корректором в газете «За счастье Родины». Не скажу, чтобы эта работа была интереснее работы в библиотеке, скорее наоборот, но в редакции я познакомилась с замечательными людьми Эмилем и Норой, которые стали моими друзьями на всю оставшуюся жизнь и многое определили в моей судьбе… Да и сама я стала такой, какая я теперь под их влиянием и под влиянием Саши. Это были мои, как говорится «старшие товарищи» и так было всегда. Я впервые в сознательной жизни оказалась среди людей умных, интеллигентных, мыслящих и интересующихся не тем, что касается их лично, а общими вопросами. Такими людьми были мои родители и их друзья, всё их окружение, но в 1937 году отца и окружения не стало, осталась мама, как я теперь понимаю, в состоянии депрессии и серьёзных проблем она со мной не обсуждала. Был, правда, серьёзный разговор о самих репрессиях, такого разговора невозможно было избежать и об этом разговоре я подробно рассказала в нашем ЖЖ. А потом были 4 года среди колхозников, которые книг не читали и думали только о вещах, имеющих практическое значение для их жизни. Эти 4 года я и сама ничего не читала, в посёлке Приуральный были только «Мёртвые души» Гоголя и я их выучила наизусть. И ещё у наших хозяев был «Псалтырь». Вот за «Псалтырь» я благодарна судьбе. Мы с Феликсом его каждый день читали, причём с удовольствием, очень хорошие стихи и заодно овладели старославянским, что потом мне пригодилось в университете.

Но я опять отвлеклась, а тут вдруг такое прекрасное общество, возможность говорить о действительно важном, обсудить и разрешить все проблемы и вопросы, накопившиеся за войну. Причём разговор на самом высоком уровне, прямо таки «пир интеллекта» и я придавалась этому пиршеству с наслаждением. Времени для этого в течение рабочего дня было много. Гранки на корректуру начинали поступать с 12 часов дня, а сигнальный номер выходил в 2 часа ночи. Всё это время нужно было сидеть в корректорской, а сама корректура отнимала не больше 3-4 часов. Всё остальное время мы ждали гранки, ждали вёрстку, ждали сигнальный номер и во время ожидания могли заниматься чем угодно. Я приходила не к 12, а где-нибудь между часом и двумя, в первые два часа Саша вполне мог справиться без меня, всё это потом много раз перечитывалось.
Collapse )

С Рождеством Христовым!

Я поздравляю всех, кто в Него верит, и кто не верит. Те, кто считают, что всё это выдумали люди, не могут не признать, что это лучшее, что они выдумали. Чего стоит история Его рождения, удивительные и трогательные обстоятельства и детали: вертеп, ясли, животные, звезда, волхвы... Только в связи с Ним сказано, что Бог есть любовь, что нужно любить всех, даже врагов, что нельзя мстить, а нужно подставить другую щёку, и прощать бесконечно. Если бы мы так жили, то у нас не было бы никаких проблем, даже медицинских и экологических. С Рождеством Христовым!
Я предлагаю по сложившейся уже у нас традиции прочесть одно из лучших стихотворений Бориса Пастернака...

Рождественская звезда

Стояла зима.
Дул ветер из степи.
И холодно было младенцу в вертепе
На склоне холма.

Его согревало дыханье вола.
Домашние звери
Стояли в пещере,
Над яслями тёплая дымка плыла.

Доху отряхнув от постельной трухи
И зернышек проса,
Смотрели с утеса
Спросонья в полночную даль пастухи.

Вдали было поле в снегу и погост,
Ограды, надгробья,
Оглобля в сугробе,
И небо над кладбищем, полное звёзд.

Collapse )

Про Нору. Окончание

А теперь я хочу рассказать о Норе Аргуновой, известном писателе и общественном деятеле. Она была известным защитником природы, защитником животных и много в этой области сделала.

В начале пятидесятых Нора написала повесть «Двери открыты настежь», которая была опубликована, кажется, в журнале «Новый мир». По жанру это было то, что поляки называют продукцийняк, а у нас есть термин «производственный роман». Это тот жанр, который успешно разрабатывал Артур Хейли, вы помните его «Аэропорт», «Колёса», «Окончательный диагноз». Вот и «Двери открыты настежь» была такая производственная повесть про продовольственный магазин. По этой повести на «Ленфильме» начали снимать фильм. Нора по заказу «Ленфильма» написала сценарий, ездила в Ленинград, обсуждала сценарий с режиссером, но фильм почему-то на экраны не вышел.

Следующая повесть была про паровозное депо. Я не помню, как она называлась и где была опубликована. Для того, чтобы её написать, Нора поступила работать в паровозное депо обтирщицей паровозов. Она обтирала и чистила паровозы, поступившие на ремонт в депо. Третья повесть была про больницу. Две первые повести мне очень понравились, третья меньше. Эти произведения в своём жанре были на очень хорошем уровне, но кроме того их отличала какая-то особая интонация… Они были очень человечны - все события, персонажи, отношения между людьми были описаны с какой-то особой теплотой, добротой. Вот именно этой интонации не хватало советской литературе, поэтому я считала норины произведения очень актуальными и нужными.
Collapse )

С Рождеством Христовым!

Дорогие френды, я вас поздравляю с Рождеством по Юлианскому календарю. Я желаю вам и себе, чтобы 2016 год от Рождества Христова нам удалось прожить так, как Бог велит. А если ещё и тем, кто нас окружает, это удастся, то представляете, как всё будет замечательно и как нам всем будет хорошо.

Я предлагаю вам и в этом году как в прошлом прочесть стихотворение Бориса Пастернака. Это одно из лучших его стихотворений и несомненно лучшее стихотворение на тему рождества в русской поэзии, и я думаю что не только в русской.



Рождественская звезда

Стояла зима.
Дул ветер из степи.
И холодно было младенцу в вертепе
На склоне холма.

Его согревало дыханье вола.
Домашние звери
Стояли в пещере.
Над яслями тёплая дымка плыла.

Доху отряхнув от постельной трухи
И зёрнышек проса,
Смотрели с утёса
Спросонья в полночную даль пастухи.

Collapse )