Category: еда

Пропущенные 15 лет. Продолжение-4


Продолжу рассказывать о нашей счастливой жизни на Войковской. Лена стала студенткой, у нее появились новые друзья, с некоторыми из них мы познакомились, а с некоторыми даже подружились. Я уже упоминала Лену Захарову, с которой мы подружились на всю жизнь, с нами она дружила даже больше, чем с Леной. Она интересовалась литературой и писала стихи, я бы даже сказала, хорошие. В последние годы Игоревой болезни Лена бывала у нас часто, и я видела, что она переживает за Игоря как за родного человека. Я сказала ей: «У тебя какой-то странный кашель…» Она сказала: «Этот кашель на меня нападает, когда я вхожу в ситуацию Игоря Николаевича». Еще у Лены появилась подруга Ира, она любила Лену ревнивой деспотической любовью. Вообще непростой был у нее характер, но я ценила ее преданность моей дочери. Они с Ирой вместе ездили отдыхать. Я рассказывала, что Лена заявила нам, что она уже взрослая и больше не хочет ездить отдыхать с родителями. Мы испугались. Мы даже по путевке в учреждение отдыха побоялись бы отпустить ее одну, а тем более дикарем. Но на наше счастье, решительно отказавшись отдыхать с нами, она согласилась отдыхать с нашими друзьями. Поехала в Гудауту с моей подругой-однокурсницей Эммой, вы ее знаете, а Эмма согласилась взять и Лену, и Ирину. А на следующий год Лена отдыхала в Коктебеле с Мусей, с которой я познакомилась, когда мы вместе работали во Всесоюзной книжной палате, и подружилась на всю жизнь. Перед отъездом в Коктебель бабушка сшила Лене длинную пеструю юбку, и Муся потом говорила, что это была самая красивая юбка в Коктебеле и все на нее обращали внимание, оглядывались. В Коктебеле комнату, соседнюю с Лениной, снимали четверо ребят-методологов, учеников Щедровицкого. Кроме того, что они были методологи и ученики Щедровицкого, что интересно само по себе, они могли, севши рядком на кровати, спеть всю рок-оперу «Иисус Христос - суперзвезда» от первой до последней ноты, исполняли не только вокальные партии, но и оркестр изображали. Так что Лене повезло, у нее было интересное лето.
Collapse )

Пропущенные 15 лет. Продолжение.

Читатели просили рассказать о моем последнем романе. Я расскажу о нем, как только закончу рассказывать про Сашу Родина и про пропущенные 15 лет. Я думаю, это будет в конце октября.

Неожиданно для меня прошлый пост с таким названием вызвал большое оживление и даже попал в топ. А комментариев было немного. Я написала, что коглда мы жили на Войковской, я много готовила, в доме всегда были пироги и пирожки из разного теста с самыми разнообразными начинками, и меня спрашивают в основном об этом. Спрашивают, готовила ли я традиционную селедку под шубой и пекла ли я торт «Наполеон». Я остановлюсь на этой теме подробнее. Теперь, когда у меня строгая диета и мне ничего вкусного нельзя, это для меня сладостные воспоминания, вспоминания об утраченном рае.

Селедку под шубой я не готовила. Я хорошо отношусь к этому блюду, но почему-то оно не входило в мое меню. Купленную в магазине соленую селедку я мариновала. Готовила маринад по своему рецепту и заливала им сложенные в банку куски селедки. Полежав 2-3 дня в маринаде, селедка становилась очень вкусной. Еще я готовила селедочное масло. Тонко смолотые 300 гр. селедки смешивала со 150-200 гр. масла, хорошо растирала и добавляла одно большое антоновское яблоко, натертое на мелкой терке. Селедочное масло я подавала в специальной вазочке из зеленого стекла, и оно всегда пользовалось успехом.
Collapse )

Пропущенные 15 лет

Это прямое продолжение серии постов, которую я назвала «Мой друг Саша Родин». Здесь будет много про Сашу Родина, потому что он занимал большое место в нашей жизни, но не настолько большое, чтобы весь 15-летний отрезок нашей жизни назвать его именем. Когда я стала вести блог десять лет назад, моей целью было написать воспоминания о своем времени, о моих друзьях и о себе. Я начала вспоминать с бабушек-дедушек, с родителей, дядей и тетей. Вы помните, благодаря этим воспоминаниям меня нашли два моих двоюродных племянника — сыновья моего двоюродного брата, которого мы с мамой считали погибшим. Я тогда довела воспоминания до 1957 года, до Международного фестиваля молодежи и студентов в Москве. На этом я прервала свои воспоминания, потому что моя дальнейшая жизнь — это история моих отношений с Игорем Тареевым. И это отдельная история. Я ее тоже начала писать, начала с 1951 года, года нашего знакомства, дошла до 1956 года и прервалась на полуслове, как всегда думая, что прервалась на несколько дней, оказалось, что на много месяцев, но я еще к этой теме вернусь. А сейчас я хочу написать воспоминания о 15 годах нашей жизни — с 1969 по 1984. Вы все время пишете мне, что я должна заниматься именно этим — писать воспоминания, поэтому я надеюсь, что к этим моим постам вы отнесетесь благосклонно.

Я написала в предпоследнем посте, что в 1969 году мы съехались с мамой, семья воссоединилась, мы теперь жили все вместе — и от этого были все счастливы. Мы съехались — четыре совершенно разных человека, не похожих друг на друга несмотря на родственные и отчасти даже кровные связи. В этом квартете у каждого была своя партия. В бытовом плане роли распределялись так… Мама готовила в будние дни, а я в выходные так, чтобы осталось и на понедельник, а также по праздникам и когда должны были прийти гости. Гости у нас бывали часто — наши с Игорем друзья и друзья Лены, сначала одноклассники, а потом и однокурсники, и друзья мамы. Я рассказывала, что родственники маминых друзей приезжали к нам из Австралии. Я уже писала, что любила готовить и готовила много. В доме всегда были пироги из самого разнообразного теста и с самыми разнообразными начинками. Я гордилась тем, что если какие-нибудь гости к нам завалятся неожиданно в 12 часов ночи, то и в это время суток они смогут получить обед из трех блюд.
Collapse )

Из архива. Про еду. Продолжение.


Прошлый пост «Из архива...» я поставила просто потому, что нашла его готовым на рабочем столе в непошедшем. Поставила просто, чтобы добро не пропадало, поскольку он уже напечатан, а с печатанием у нас сложности. А там про еду, про ГОСТы на продукты и как они менялись на моих глазах. Начала этот разговор и теперь приходится продолжать, нельзя же бросить на полуслове. Времени на это ужасно жалко, это в мои планы не входило, но я все же решила добить эту тему. Отдохнем немножко от сложных отвлеченных тем и поговорим о том, что всем понятно и важно, и каждого лично касается.


В прошлом посте мы поговорили о рыбе и рыбопродуктах, а теперь поговорим о мясе и изделиях из него. Качество мяса и мясопродуктов в советское время ухудшалось постепенно, но неуклонно и ГОСТы менялись. Все, у кого есть знаменитая и очень в свое время популярная книга «О вкусной и здоровой пище», или кто видел эту книгу, помнит большую, на целый разворот картинку, на которой изображена схема разруба говяжьей туши. Там изображена говяжья туша, линии разруба и отдельно разрубленные куски — части туши, у каждой свое название. Вот тогда мы узнали эти названия, многие прочли их впервые. Там были, например, такие экзотические названия как «завиток». Все эти части туши были распределены по 4 сортам. К 1 сорту относились, например, вырезка и тонкий край. Ко 2 сорту — грудинка и, кажется, окорок. К 3 сорту — лопатка. В лопатке почти не было костей, одна мякоть, для котлет этот кусок был идеальный. Но шел 3 сортом только потому, что годился только на котлеты, в жареном и тушеном виде мясо от лопатки жесткое. Пашина — это был 4 сорт. Пашина — это мясо и пленки, костей в ней нет. Бульон из пашины получается прекрасным, наваристым, а отваренную пашину можно смолоть и использовать для макарон по-флотски, блинчиков и пр.

Цена на разные сорта мяса сильно различалась. Когда вырезка стоила 1 р. 20 коп. за 1 кг., лопатка стоила 68 коп. Потом схема разруба говяжьей туши изменилась. Мне рассказывал знакомый мясник, что их, мясников, пригласили в райком партии и там им рассказали о предстоящих изменениях и сказали, что дело это очень важное, политическое и на них, мясниках, теперь лежит большая ответственность. Мой знакомый мясник почувствовал себя важной персоной, политическим деятелем, ответственным за проведение важной реформы. Цена на говядину поднялась до 2 р. за 1 кг., а сортов, мне кажется, вообще не стало. Все шло одним сортом и кому как повезет.
Collapse )

Из архива.

Печатать по-прежнему некому и я опять вытаскиваю из архива старый пост, непошедший в свое время. Он был написан в начале года.

Дорогие френды! Я уже писала, что мне очень хочется ответить на ваши комментарии, и хочется начать отвечать с того места, на котором я, по независящим от меня причинам, отвечать перестала, а именно с ноября прошлого года. И я было уже приступила к реализации этого своего намерения, но успела ответить только на комментарий doc_rw, касающийся поэмы Блока «Двенадцать». После этого множество всяких событий мешало мне продолжать отвечать на комментарии и я не знаю, когда я смогу этим заняться. Но на рабочем столе обнаружился незаконченный пост - ответ на еще один комментарий doc_rw. Я решила его поставить. Не пропадать же уже напечатанному тексту, а у меня такие трудности с печатанием, и к тому же там про еду, а эта тема всех касается. И вот этот текст.
Collapse )

Про нас с дочерью. Продолжение 3


Я написала, что не пропустила ни одного лениного возраста, ни одного события в её жизни, и сейчас я об этом немного расскажу. Я не могу точно вспомнить, в каком году что было, но совершенно точно, что мы уехали из Станислава, когда Лене было 4 года. Так что всё, что было в Станиславе, было до 4-х лет.

В 1958 году мы на всё лето сняли дачу в Пуще-Водице под Киевом. Это очень хорошее место. До войны там были госдачи для партийной номенклатуры, и при папе нам такая дача предоставлялась, так что Пуща-Водица для меня была связана с воспоминаниями о моем счастливом детстве. И станиславское детство Лены у нас делится на периоды до Пущи-Водицы и после Пущи-Водицы.

До Пущи-Водицы, когда Лене было около двух лет, дядя на рынке купил годовую подшивку журнала «Огонек». Это была такая толстая книга из 52 номеров журнала. Глянцевый журнал с яркими картинками, иногда во всю страницу, Лена могла листать его часами. Она называла его «сурналь». Этот толстый тяжелый сурналь она брала в охапку, прижимала к себе и, кряхтя, перетаскивала с места на место, чтобы он всегда находился рядом. Когда приходили гости, то одному из них она приволакивала журнал и клала на колени. Я пыталась понять, как она выбирает того, кому дает сурналь; мне показалось, что она выбирает того, кто меньше вовлечён в общий разговор - помалкивает и сидит в сторонке. Очевидно, Лена полагала, что этот гость чувствует себя некомфортно и давала ему свой сурналь, чтобы улучшить его ситуацию.
Collapse )

Про нас с дочерью. Продолжение 2


Через три месяца мы приехали в Станислав с Игорем, у него был отпуск. За эти три месяца Лена изменилась почти до неузнаваемости. Стала человеком. Свободно ходила по дому, передвигала стулья, если они ей мешали, вообще проявляла самостоятельность. И главное, она свободно говорила, разговаривала целыми предложениями как взрослая и слова произносила почти правильно. Почему-то не произносила согласный звук в начале слова, опускала его, начинала прямо с первого гласного звука. Себя она называла Ена и о себе говорила в третьем лице. Говорила: «Ена хочет кушать. Ена пойдёт в сад...» Она по-прежнему пила фтивазид, который начала пить ещё в Москве, бронхоаденит мы ещё не преодолели. Фтивазид разводили в киселе, и Лена послушно этот кисель съедала. Она вообще была послушная девочка, потому что очень доверяла взрослым, была уверена, что взрослые для того и существуют, чтобы служить детям. В еде она разбиралась. Как-то раз я кормила её киселём со фтивазидом и она сказала: «Кисло». Я удивилась, попробовала, оказалось, действительно я положила сахара немного меньше, чем обычно. Я приготовила картофельные котлеты и стала её кормить. Она прожевала кусочек, проглотила и спросила: «А мяско?!» Потом проглотила второй кусочек, вздохнула и сказала: «Мяска нет, только котлеточка».

Игорь пробыл с нами в Станиславе почти месяц, и это был для меня самый счастливый месяц с того времени, как Лена родилась. Все, кого я любила, были в одном доме, и моему счастью не было предела. И Игорь был счастлив. Как-то вечером Лене нездоровилось, я хотела ее укачать на руках, а потом положить в кроватку. Я ее укачивала и спросила Игоря, что бы мне ей спеть. Игорь что-то посоветовал, но мне не понравилось. Я сказала, что хочу какую-нибудь очень чистую мелодию. Пожалуй, я спою ей из Кабалевского. Я стала петь, Игорь сказал: «Я не могу на вас смотреть...» Он встал и отошел к окну, на глазах были слезы. Все родители любят своих детей и друг друга, но нашей любви неизбежные разлуки придавали какую-то болезненную остроту.

Игорь через месяц уехал, а я осталась ещё на три месяца. Потом и я уехала в Москву, но больше трёх месяцев я там не выдержала и вернулась в Станислав.
Collapse )

Спасибо! Продолжение

Я и сам уж не такой, не прежний
Недоступный, гордый, чистый, злой…
Александр Блок

Так вот, принимать помощь или не принимать?
В 90-е годы по ТВ показали такую передачу… Журналист на улице опрашивал прохожих, дело было зимой, мужчин и женщин. Выбирал тех, кто одет побогаче, выглядит благополучнее и успешнее. Всем задавали два вопроса: 1. Подают ли они милостыню нищим. 2. Могут ли они себе представить, что сами, оказавшись в трудном положении, будут просить милостыню. Практически все на оба вопроса ответили положительно. Меня поразил положительный ответ на второй вопрос. Конечно, от сумы и от тюрьмы, но все же… Я думаю, им казалось, что в случае необходимости они готовы просить милостыню, просто потому, что они никогда не были в положении близком к этому. А я была, и я знаю, что хлеба попросить невозможно.

В студенческие годы я голодала. Одно дело голодать во время войны, когда голодают все, а другое дело голодать, когда все вокруг сыты и не знают, что такое голод. Все мои друзья были москвичи. Они жили дома, там обедали, завтракали и ужинали. Карманные деньги им давали родители. К тому же многие из них подрабатывали. Почти все наши ребята работали в Мосэкскурсбюро экскурсоводами или организаторами экскурсий. А я не могла подрабатывать, потому что в Москве я жила на птичьих правах, у меня не было прописки, а без прописки на работу не брали. Одно время я работала домработницей, иногородних домработниц прописывали. Вообще бывали случайные заработки, но иногда я неделями сидела без гроша. Однажды я ничего не ела четыре дня. У Марины-старшей, которая приходит ко мне и помогает вести блог (в нашем маленьком но дружном коллективе три Марины), была такая же голодная студенческая молодость. Она рассказывала, что однажды она не ела пять дней, это был ее рекорд.

Иногда меня вечером приглашали в ресторан, и эта поздняя вечерняя трапеза была для меня первой за весь день, и когда я подносила вилку ко рту, у меня рука дрожала от голода.

Конечно, я могла попросить любого из друзей принести мне на занятия хлеба с маслом, для всех это было бы очень просто. Но я ни разу не попросила об этом даже свою самую близкую подругу Риту. Вот почему я не могла попросить, я не могу объяснить, но барьер был железный, непроходимый.

Возможно, если бы эти деньги нужны мне были не на хлеб, а на какой-нибудь пустяк, без которого можно обойтись, а просто мне этого захотелось, то я бы легко попросила. Мне кажется, что невозможно попросить деньги именно на хлеб. Может быть, поэтому моему брату легко было открыть кошелек, в который его читатели могли посылать ему деньги. Он был человек состоятельный и продолжал работать. До последнего дня у него были больные, и книга его продавалась. Марина Березина и сейчас продает эту книгу, и на нее есть спрос. Тираж еще не весь распродан.

Collapse )

Про себя. Ответы на комментарии

Это пост месячной давности.

Я рассказала про свой день рождения, про то, как я на этом празднике нарушила диету, и какие это вызвало тяжелые последствия. Меня спрашивают, какая же у меня диета, что мне можно есть, чего нельзя и что это у меня за болезнь, которая то и дело обостряется. Я не люблю говорить о болезнях, но все же отвечу на эти вопросы. О каждом обострении я вам сообщаю, хочу, чтобы вы меня пожалели и помогли мне. И вы мне помогаете, вытаскиваете меня из тяжелейших состояний. И, наверно, мне нужно объяснить вам, что это за болезнь и какие это состояния. Моя болезнь называется панкреатит. Банальная история. Но похоже, что моя болезнь входит в моду. Только за последние менее, чем 2 месяца я видела по телевизору два заграничных фильма, героини которых умирали от панкреатита, одну, кажется, спасли. Оба раза это были женщины. Вероятно женщины более склонны к этому заболеванию, чем мужчины. Один фильм американский, а второй не помню где снят, возможно, тоже американский. Похоже, что панкреатит становится новым направлением в кинематографе. Рак - это давно существующее и бурно развивающееся направление в кинематографе. Можно насчитать десятки фильмов на эту тему, снятых в разных странах, от США до Польши. А вот теперь и панкреатит... Так что я в тренде, можно сказать, на пике моды. Панкреатит не лечат, это хроническая болезнь с летальным исходом, вопрос только в том, когда наступит этот исход.

При панкреатите показаны голод, холод и покой — все три условия легко обеспечить. Что касается диеты, то лучше вообще ничего не есть. Но поскольку не есть невозможно, то разрешается есть вареную куриную грудку, без кожи, тонко измельченную в блендере. Но дочь старается разнообразить мое меню. На завтрак она делает мне белковый омлет, паровой. На сковороду наливается немного воды, и в кипящую воду выливается взбитый яичный белок, без соли, гадость порядочная. На обед вышеупомянутая куриная грудка в супе. Из овощей можно: вареные морковь и цветную капусту в небольшом количестве. В жиденький ненаваристый бульон, в котором варилась грудка, кладутся морковь и цветная капуста, добавляется немного геркулеса, опять же, почти без соли. В тарелку кладут протертую грудку, заливают супчиком, размешивают, и это мой обед. На ужин — мясное детское питание из баночки. Одно время по ТВ часто показывали рекламу этого питания. Реклама была такая: за столом сидит годовалый малыш, напротив него стоит папа, держит в руках баночку с этим питанием и читает надпись на баночке. Папа читает: «без соли, без сахара, без....» и спрашивает у малыша: «как ты это ешь?». Вот как я это ем каждый день на ужин? На завтрак, на обед и на ужин можно еще по ломтику хлеба, но лучше без него. Сладкого нельзя совсем, но это для меня небольшое лишение, я равнодушна к сладкому. А вот то, что нельзя соленого, острого и кислого, мне переносить труднее. Масла нельзя, и вообще никакого жира нельзя ни капли, даже следы жира не должны попасть в пищу. Ягод и фруктов нельзя ни в каком виде. Ни сырых, ни вареных. Вся еда пресная, приторная, от нее подташнивает. Чтобы снять тошноту я после еды насыпаю на язык несколько кристалликов соли.
Collapse )

Спасибо!

Мои дорогие френды, мои родные, золотые, любимые! Я прочла ваши комментарии к моим постам на День Победы и ваши поздравления с Днем Победы и с днем рождения. Большое вам за них спасибо! Я — счастливый человек, мне с вами просто здорово повезло. Я думаю, немногие получают такие содержательные поздравления, такие умные, полные понимания, я бы сказала, просто талантливые. Читать их мне было приятно, но в то же время я испытывала неловкость. Я не заслуживаю таких слов, таких оценок и вообще такого отношения. Я точно знаю, что не заслуживаю. Мы с вами это уже как-то обсуждали. Вы принимаете меня за кого-то другого. Вроде бы я не хотела никого обманывать, но получается, я всех обманула. И я не знаю, что мне с этим делать. Мне ничего не остается кроме как постараться стать достойной вашего отношения, но сомневаюсь, что у меня получится.

Я запоздала с этим постом, потому что болела, и болезнь моя прямо связана с днем рождения. Я расскажу и про день рождения и про болезнь, хотя ничего интересного в этом нет и вам будет неинтересно, но надо же мне с кем-то поделиться.

Я теперь собираю больших гостей один раз в год. Раньше у нас гости бывали часто. Я люблю готовить, люблю застолья. Потом, когда не стало Игоря, я стала собирать гостей два раза в год: на свой день рождения и на его. Его не было, но все родные и друзья у нас общие, так что он вроде бы был с нами. У него день рождения 19 ноября, он Скорпион, так что наши дни рождения делили год почти ровно пополам. Но теперь я совершенно беспомощна, не могу ни купить продукты, ни приготовить еду, а те, кто меня обслуживает, как-то не жаждут обслуживать и моих гостей, и я не могу просить их об этом, так что теперь у меня гости бывают только один раз в год, мой социальный работник Наташа делает мне такой подарок ко дню рождения.
Последние года четыре, даже больше, я думаю про каждый мой день рождения, что, может быть, он последний, что, может быть, я последний раз собираю родных и друзей за пиршественным столом, поэтому я отношусь к этому дню очень серьезно. И в этот раз накануне дня рождения у меня была парикмахер, она же косметичка, и она привела меня в порядок, насколько это возможно для человека в моем возрасте. И похоже, у нее даже что-то получилось: все гости говорили, что я прекрасно выгляжу и что в сравнении с прошлым годом я помолодела и покрасивела. И как тут не поверить в сглаз, наверно, они меня и сглазили.
Collapse )