Энгелина Борисовна Тареева (tareeva) wrote,
Энгелина Борисовна Тареева
tareeva

Categories:

Воспоминания. 1956 год. 4

Вторым важным событием 1956 года был ввод наших войск в Венгрию. У меня в это время был грудной ребенок. Я погрузилась по макушку в радости и трудности материнства, и окружающий мир перестал для меня существовать. Я не читала газет, не слушала радио, друзья стали реже нас навещать, поскольку со мной стало не интересно общаться, но однажды к нам пришла Инна Ф. с мужем, они недавно поженились, и мы с мужем Инны не были знакомы. Инна с Игорем Тареевым дружила давно.

Игорь был уверен, что отношения чисто товарищеские, и Инна вроде бы тоже так считала. Но почему-то после женитьбы Игоря Инна почти исчезла из нашей жизни. У Игоря было несколько друзей женщин, я изо всех сил старалась сохранить всех друзей Игоря, но женщины после его женитьбы почти сразу рассосались. Теперь Инна пришла, как я поняла, чтобы показать, что она вышла замуж, и чтобы похвастать своим мужем. Муж мне понравился. Мне он в мужья не годился, но я могла понять женщин, которым он очень даже годился. Когда ребята пришли, Игорь еще не вернулся с работы. Стали разговаривать, и муж Инны упомянул Венгрию, так я узнала о венгерских событиях. Я стала с нетерпением ждать Игоря, чтобы рассказать ему. Открыла ему дверь и сразу сказала, он ответил, что это не новость, это началось три дня назад. Я была поражена – три дня он об этом знал и не рассказал мне. Это одна из трех загадок нашего брака, которые я не разгадала до сегодняшнего дня. После этого я жила так, как будто ничего не случилось, все в порядке, но заноза эта во мне всегда торчала. Друзья успокаивали меня, говорили, что Игорь не рассказал, чтобы меня не волновать, ведь я кормила, волнение могло отразиться на качестве молока. Конечно, это самое простое и выгодное для Игоря объяснение. Но возможны и другие: Игорь не рассказал потому, что у него нет потребности делиться со мной всем важным, или он не рассказал потому, что для него это не было важным. Любое из этих двух объяснений либо ставит под сомнение наш брак, либо показывает, что Игорь не тот человек, каким я его считала.
Венгерские события обрушились на нас. Даже несокрушимые старые большевики не знали, как с этим быть, как справиться. У нас были такие друзья-старики, муж и жена, которые каким-то образом уцелели в «доме на набережной». Мы пошли к ним, чтобы призвать их к ответу, но муж открыл нам дверь и шепотом сказал: «Ни слова о Венгрии, Мария от этого заболела, лежит в постели, я боюсь за нее». Моя мама пыталась как-то неуклюже это объяснить и оправдать, но, я не настаивала на разговоре на эту тему, жалела ее.
Вскоре после ввода советский войск в Венгрию, я с дочерью поехала в Станислав на лето. Нашими соседями в Станиславе была семья капитана Владимира Минина. Семья состояла из Володи, его жены Аси, между прочим, красавицы, и маленького пятилетнего сына Гены. Мы с соседями были очень близкими друзьями. Минины чувствовали себя в нашем доме, как в своем, и мы также точно чувствовали себя у Мининых. Когда мама переехала в Москву, и станиславского дома нее стало, Минины приезжали к нам в Москву. Моя дочь Лена в школьные годы гостила у них на каникулах, словом, мы стали родными людьми.
Когда я в 1956 году приехала в Станислав, Володи я не застала. Его часть была в Венгрии. Потом он вернулся. Мы у себя устроили в его честь банкет. Володя был какой-то на себя не похожий, и на погонах у него были не четыре звездочки, как прежде, а три. Я спросила: «Ну что, утопили в крови Венгерскую революцию?» Он кивнул. Пребывание в Венгрии сильно его изменило. Он не ожидал, что страна будет увешана плакатами: «Русские, убирайтесь домой!» Мы знали, что это американцев встречают такими плакатами, но нас, русских?! Ведь мы же всех спасаем и освобождаем. Еще он рассказывал: их часть охраняла завод. Завод не работал, рабочие по всей стране бастовали. Подошла группа рабочих. Пришедшие попросили пропустить их на территорию завода, им нужно получить зарплату. Наши удивились и обрадовались: «Так вы работаете?» «Нет». «За что же вам выплатят зарплату?» Рабочие объяснили, что еще до войны их профсоюзы добились для рабочих права на забастовку и того, что дни забастовки хозяева оплачивали, как виновники забастовки. Венгры не понимали, что в советской Венгрии другие законы. Володя не хотел рассказывать, почему у него сняли звездочку. Но какое-то время спустя, рассказал, что его разжаловали за мародерство его солдат.

Продолжение следует.

Tags: 1956, XX съезд
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments