Энгелина Борисовна Тареева (tareeva) wrote,
Энгелина Борисовна Тареева
tareeva

Category:

Ответы на комментарии к последним постам.

Я хочу ответить на комментарии, которые требуют пространных ответов и которые, как мне кажется, могут быть интересны не только автору комментария.



Меня спрашивают, как я смогла выйти из депрессии. Помогли ли мне друзья, или время, или что-нибудь еще. Этот вопрос задавали несколько раз, и мне даже кажется, что я на него отвечала, но вероятно, это дежавю. Мне помогло «что-нибудь еще». Депрессия была очень тяжелая, кроме того, что к ней полагается, у меня болели все органы – печенки, селезенки и пр. Моя дочь думала, что это все-таки какая-нибудь соматика, и меня исследовали, соматики не нашли. Меня эта боль не удивила, ведь мы с Игорем были одним организмом, срослись, и теперь, когда он ушел, у меня остались кровоточащие фрагменты органов, отсюда боль. Но оказалось, что органы способны к регенерации, при благоприятных условиях.



А произошло следующее. Мои ребята – дочь и зять, Лена и Олег, поехали во Францию, тогда еще поездки заграницу были не так распространены как сейчас. Группу православной молодежи, в основном из общины отца Александра Меня, пригласила группа католической молодежи, очевидно экуменического направления, самого мне близкого в христианстве. Ребята ездили по святым местам Франции, были в Лурде и пр. Жили и питались в монастырях и церквях. Несколько дней прожили в Париже. В последний день пребывания во Франции и Париже их пригласили в издательство «ИМКА-Пресс» (во главе которого был Никита Струве), столь хорошо нам известное. Почти весь «тамиздат» , который мы читали, составляла продукция этого издательства. В комнате издательства, где принимали русских паломников, стояли стеллажи с книгами и стоял стол, за которым сидели сотрудники издательства. Русским гостям предложили взять со стеллажей по 7 книг бесплатно, какие выберут. Мой зять – книжник, книги – главное в его жизни. Когда ребята женились, родители жениха подарили ему очень хорошую дубленку. Олег обрадовался, тут же продал дубленку и все деньги истратил на книги, которые давно мечтал купить. И теперь в «ИМКА-Пресс» он обошел все стеллажи, каждую книгу подержал в руках и те, что ему были интересны, складывал на подоконник. Лена стояла возле подоконника, чувствовала себя очень неловко, ведь разрешили только семь книг, на двоих четырнадцать, а на подоконнике вырастала гора книг. Обойдя все стеллажи, Олег велел Лене сторожить книги, а сам вышел на улицу, и на последние 4 франка купил тележку. На тележку установили найденную в издательстве большую картонную коробку, размером как коробка от большого телевизора, и стали складывать в нее книги, и тут Олега позвали от стола работников издательства. Лена подумала: «Ну вот, случилось, сейчас придется все книги расставлять по местам». Когда Олег подошел к столу, перед ним положили лист бумаги и попросили написать свой адрес и телефон, а также указать, какая тематика его интересует, и обещали высылать ему книги по его адресу. Правда , в скорее после возвращения Олег получил от «ИМКА-Пресс» письмо, в котором говорилось, что неожиданно для издательства обнаружилось, что в Советском Союзе огромная потребность в их книгах, поэтому они не могут высылать книги на личный адрес одному человеку, а будут высылать их на общину.
Но сейчас ребята привезли огромную коробку книг и поставили ее рядом с креслом, в котором я обычно сидела и невидящими глазами смотрела на экран телевизора. Читать я тоже не могла. Но я ведь тоже книжник, поэтому я машинально опустила руку в коробку, достала книгу и прочла на переплете: С. Мельгунов «Красный террор в Россiи 1918 – 1923»; я достала следующую книгу: Шульгин «Дни». Дальше я уже дрожащими руками вынимала книгу за книгой и глазам своим не верила. О существовании этих книг я всегда знала, но мне и в самом сладком сне не снилось, что я буду эти книги держать в руках и смогу прочесть. Я стала читать, чего мне давно не удавалось. Я начала с небольшой книжечки поручика Мамонтова (не родственник белого генерала Мамонтова, просто однофамилец) «Походы и кони». На обложке были изображены две лошади. Я писала о том, что мемуары солдат мне более интересны, чем мемуары полководцев, а это были настоящие солдатские мемуары. (Между прочим, я считаю свои мемуары солдатскими, и считаю, что они интересны тем, что написаны рядовым, так называемым простым человеком). Я прочла книгу поручика Мамонтова с большим интересом, и мне стало ясно, почему белые проиграли войну, почему у них и шанса выиграть не было. Дальше книгу за книгой к весне я прочла всю коробку и почувствовала, что вышла из депрессии. Я попробовала перестать пить антидепрессанты – хуже не стало. Я сказала своей дочери, что я вышла из депрессии и лекарств уже неделю не пью. Во время разговора моя дочь мыла посуду, и , услышав мои слова, уронила и разбила чашку. Она спросила: «Препараты тебе дядя Феликс отменил?» Я ответила, что брату ничего не говорила. Лена сказала: «Мама, как же так? У тебя есть лечащий врач, который ведет тебя всю депрессию, а ты отменяешь все его назначения, даже ничего ему не сказав. Звони немедленно». Я позвонила. И мы поговорили с братом – моим лечащим врачом. Знаете, как разговаривают психиатры, вроде бы разговор не о чем, а между тем – это глубокое исследование состояния. Феликс сказал, что я действительно в прекрасном состоянии, и спросил, как мне удалось этого добиться. Я сказала, что ничего специально не добивалась, и рассказала про книги. Он сказал , что, очень даже может быть и скорее всего, дело в книгах. Я спросила, нельзя ли предположить, что это маниакальная стадия маниакально-депрессивного психоза. Он сказал, что проверил, маниакальной стадии нет, я совершенно здорова.


Вот так я вышла из депрессии. Мой зять говорил моей дочери: «Что значит, иметь духовные интересы. Не было бы у твоей мамы духовных интересов, ей не за что было бы ухватиться. Нам казалось, что там уже нет человека, что личность разрушена. Оказалось, что она целенькая и сохранная». Я думаю, человек выживает, если у него есть чувство масштаба и чувство юмора. Чувство юмора на все годы депрессии покинуло меня, но чувство масштаба сохранилось. Читая книги «ИМКА-Пресс», я почувствовала себя со своими страданиями песчинкой в потоке истории. И конечно, песчинка интересовала меня меньше, чем поток, особенности и закономерности его течения. Эти книги мне много дали. Я поняла причины и следствия, все осветилось новым светом или, вернее, дополнительным светом. Я как бы создала свою концепцию революции и Гражданской войны. Главной книгой в коробке оказалась для меня книга воспоминаний Ф. Степуна.



Tags: ответы на вопросы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments