Энгелина Борисовна Тареева (tareeva) wrote,
Энгелина Борисовна Тареева
tareeva

Categories:

Рукопись, найденная под кроватью. Литературное упражнение №2. Никита и Ирина.


Дорогие друзья! Я выписалась из больницы. Прочла все комментарии. И очень благодарна вам за снисходительное отношение к моему «упражнению». Со всей критикой я согласна. Это «упражнение» было большим «произведением». Действие происходило в разных местах, в частности в Восточной Сибири, где Шабанов руководил «стройкой коммунизма». Ирина жила там с ним. Чтобы не бездельничать, она заключила в Москве с издательством договор на перевод большой книги по своей биологической тематике и с удовольствием ее переводила. Она любила переводить, как другие женщины любят рукоделие.Их жизнь была настоящей семейной идиллией, как я ее себе представляю, и мне было важно, показать это свое представление.


Теперь мы знаем, что на «великих стройках» главной рабочей силой были зэки. И Московский университет строили зэки, зона была на 22-м этаже. Но тогда мы этого не знали. Были ведь и студенческие стройотряды, комсомольские путевки, романтика освоения необитаемых мест. Вот у меня именно это. Махровый соцреализм и более того – социалистическая утопия. Я не собиралась показывать это на блоге. Но вышло так, что нужно было ложиться в больницу, а я не хотела, чтобы блог стоял пустой. Положение было безвыходное. Я взяла из этого «упражнения», из первой его части только личную историю и смонтировала из нее то, что вы прочли. Я считала , что получилось что-то законченное. Встретились два очень разных человека – представитель партийной элиты и учительница, которая уже в силу своей принадлежности к интеллигенции относится ко всякой власти критически и даже враждебно. Отношения начались с борьбы, с войны. Но постепенно она обнаружила, что нельзя человеку отказывать в человеческих качествах только из-за должности, которую он занимает. Словом, война превратилась в любовь. А последняя фраза говорит о том, что духовную победу в этой войне одержала учительница. Я не собиралась из этого упражнения больше ничего публиковать на блоге. Но от одного комментария я не могу отмахнуться. Спрашивают: «А куда девался мальчик? Вы его потеряли». Мальчик, кстати он уже не мальчик, а юноша, кончил школу, играет в «произведении» большую роль. Сейчас, после больницы, я еще недостаточно хорошо себя чувствую, чтобы рыться в старых пыльных бумагах. Поэтому я постаралась вспомнить, как там было и пересказать один из кусков, где главное действующее лицо - Никита.

Никита и Ирина.

Шабанов и Ирина бродили по берегу реки, там, где парк уже кончается, и начинается нетронутая природа. Погожий летний день был так хорош, был таким веселым, что хотелось валять дурака и играть в детские игры. Они этим и занимались. Играли в прятки, в «кто дальше прыгнет», в салочки. Шабанов догнал Ирину и стал целовать ее с такой жадностью, будто после долгой разлуки. Ирина смеялась и отбивалась. Он взял ее за локти, и соединил локти за спиной, так что она не могла сопротивляться. Ирина закинула голову и сказала: «У нашей машины какой-то мужчина неизвестно что делает». Шабанов обернулся. Действительно у машины, которую они оставили сверху на дороге, стоял мужчина и фотографировал их. Они бросились к машине и через несколько шагов разглядели, что этот мужчина – Никита. Он еще несколько раз щелкнул затвором, потом подсунул под дворник пачку фотографий и пошел прочь. Ирина бросилась за ним. Она кричала: «Никита, остановись, ты мне нужен, мне нужно поговорить с тобой». Он побежал. Ирина за ним. Он не смог убежать от такой хорошей спортсменки, она догнала его, он подставил ей ножку, и она упала коленом на дорогу, посыпанную свежей щебенкой. Камни были очень острые. Ирина вскрикнула. Никита оглянулся, увидел выражение боли на ее лице, кровь на щебенке. На его лице тоже появилось выражение боли, огорчения, растерянности. Он помог Ирине подняться, закинул ее руку себе на шею профессиональным движением фронтового санитара, второй рукой обхватил за талию и на половину повел, на половину понес к машине. Так выводят раненых с поля боя. У машины Шабанов пытался разорвать пачку фотографий всю сразу, но толстая пачка не рвалась. «Не рвите, - закричала Ирина, - они мне нужны». Подойдя к машине, она взяла у него из рук фотографии и положила в сумочку, висящую на плече. «Отец, дай перекись водорода, - сказал Никита, - и вообще всю аптечку давай, я хочу ногу обработать». «Уходи, - ответил Шабанов, - я это сделаю сам». Никита не согласился : «Ты не сможешь, а я кончал военно-санитарные курсы, и это травма - моя вина». «Алексей Кириллович, - вмешалась Ирина, - я хочу поговорить с Никитой наедине». Шабанов понял, как это нужно. «Мне отойти?» – спросил он. «Нет, вы совсем уйдите, а машину оставьте, с больной ногой я не смогу идти». Шабанов ушел.
Никита промыл колено перекисью водорода, положил толстый слой мази календула, на нее марлевую салфетку и очень ловко забинтовал. Ирине сразу стало легче. «Ну, где будем говорить? – спросил Никита, - И о чем? В машине жарко. Может на той скамейке в тени?» Ирина кивнула. Никита довел ее до скамейки. Они сели. Ирина положила больную ногу горизонтально на скамейку и оперлась на плечо Никиты, сидя к нему почти спиной.
- Ну, говорите.
- Подожди, Кит, одну минуточку.
Ирина внимательно и поглощено рассматривала фотографии, затаив дыхание: «Так вот как это выглядит со стороны!»
Фотографий было четырнадцать. Все они были сделаны примерно в этом месте. Чуть ниже по течению, чуть выше, на этом берегу, на том берегу, в воде – заплыв наперегонки. «Дежурил он здесь что ли». Она посмотрела все фотографии, потом перебрала их еще раз, и еще. Повернулась к Никите.
- Какой ты талантливый, Кит. Не знала, что ты можешь сделать такое. И в сложных условиях, из укрытия, телеобъективом? А теперь давай сделаем такой эксперимент. Ты можешь представить себе, что людей на фотографиях ты видишь в первый раз? Это совершенно незнакомые люди. И фотографии ты никогда не видел.
- Я могу попробовать, - заинтересовался Никита.
- Тогда посмотри фотографии этих незнакомцев и скажи: какие они, и какие отношения их связывают – возвышенная любовь, низкая страсть или что-нибудь другое? Абстрагируйся от конкретных людей, которых ты знаешь.
Никита стал смотреть фотографии, медленно, с перерывами. Время от времени он поднимал голову и смотрел в пространство. Ирина видела, что он добросовестно «абстрагируется», и, даже, что ему это удается. Он кончил смотреть.
- Какие они? – сказал он. Она просто хорошая. С ним сложнее. Но так как здесь лицо его выражает любовь, может слишком властную, то он тоже производит положительное впечатление. Какие отношения их связывают? Возвышенная любовь? Низменная страсть? Я сказал бы – высокая страсть.
- Спасибо тебе за то, что ты такой умный, такой честный, все понимаешь, и объективен, несмотря на эмоции. Я всегда говорила, что у тебя задатки настоящего ученого, а главное для ученого – сохранять объективность, не смотря на заинтересованность. Но если все так, за что же ты на нас в обиде и сердишься.
- Я не могу слышать это «нас». Я воспринимаю вас по отдельности.
- Ну за что же ты сердишься на каждого из нас по отдельности. Я понимаю, ты не можешь не любить маму, но ты ведь знаешь, что родители твои давно не вместе. И знаешь, кто в этом виноват. Отец говорил, ты стыдишься матери. И еще и поэтому хочешь поскорее уехать.
- Раньше вы любили меня.
- Я и сейчас тебя люблю, даже больше, если это возможно.
- Нет, вы любили меня иначе.
- Ты ошибался. Я объясню тебе, как я тебя любила и люблю, и буду любить всегда. Я люблю тебя, как учитель любит Ученика с большой буквы. Встретить на своем учительском пути Ученика большая редкость и удача. Можно проучительствовать всю жизнь, а ученика не нажить. Но когда такая встреча случается, учитель испытывает к ученику совершенно особое чувство, может похожее на зависимость от наркотика. Но у меня к тебе и еще одно. Я единственный ребенок в семье, и мне всегда хотелось иметь брата. Когда я была маленькая, я хотела иметь старшего брата, который бы меня всюду водил, все объяснял, и я была бы за ним, как за каменной стеной. Когда я стала старше, я стала хотеть младшего братишку. Я бы его защищала, охраняла, учила, показывала мир. Глядя на мальчиков подходящего возраста, я думала: «Пусть бы этот был моим братом, или этот». Когда я увидела тебя, я сразу поняла, что нашла брата. Я тебе хотела это сказать, предложить «побрататься», но стеснялась. Раньше был такой обычай – братались и становились, все равно, что кровными родственниками. Ты воспринимал наши отношения иначе, но неужели ты считал, что у них есть перспектива?
- Да. Я считал, что вы станете моей женой.
- Ты знаешь, мне это очень лестно. Получить предложение от такого человека как ты – большая честь. Я всегда буду это помнить. И если у меня будут какие-нибудь женские неудачи, это воспоминание будет меня утешать. Меня хотел взять в жены такой человек, как Никита Шабанов. Я серьезно горжусь этим. Но то, что ты ко мне испытываешь – не любовь, а «первая любовь». Это совсем другое. Первая любовь редко становится единственной любовью, а если она кончается браком, то такие браки не бывают ни счастливыми, ни прочными.

продолжение следует...
Tags: подкровать №2
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments