Энгелина Борисовна Тареева (tareeva) wrote,
Энгелина Борисовна Тареева
tareeva

Categories:

Ответы на комментарии к последним постам


Удивительное дело, я просто потрясена! Оказывается, в наше время еще есть люди, которые верят в то, что евреи пьют кровь христианских младенцев. И делают они это потому, что так им велит их вера. Я думала, что эта идея осталась в далеком прошлом, оказывается, нет, она живехонька. И так думает человек, который умеет пользоваться интернетом и даже читает наш ЖЖ. Эта читательница у нас появилась недавно, и, я думаю, ненадолго. Что ей у нас делать? Мы все здесь, как я полагаю, убежденные интернационалисты и свободны от этнических предрассудков. Когда судили Бейлиса (это было знаменитое дело Бейлиса), православная церковь стеной стояла на стороне Бейлиса. Православные богословы доказали, что в Ветхом Завете не только нет такого чудовищного ритуала, но напротив, есть запрет на кровь. Бейлиса оправдали и нашли настоящих виновников, отнюдь не евреев. Когда уже после революции должны были судить патриарха Тихона, он попросил, чтобы адвокат, еврей по национальности, с которым они вместе защищали Бейлиса, взял бы на себя его защиту. Адвокат было отказался. Он сказал, что этот суд политический, что приговор известен заранее и никакой даже самый гениальный адвокат не сможет повлиять на этот приговор. А если защищать будет он, то христиане могут подумать, что он не сделал всего возможного, чтобы защитить православного патриарха, потому что сам он еврей. Но Тихон заверил его, что абсолютно ему доверяет и сумеет убедить христиан в том, что адвокат сделал все возможное. Семен Спокойный пытался возражать этой читательнице, хотел ей что-то объяснить, но безуспешно. Мы с вами уже говорили о том, что убеждения - это штука характерологическая. Из всего спектра убеждений человек выбирает те, которые соответствуют его характеру и поэтому ему наиболее симпатичны. Симпатия очень важна. Если человеку почему-либо несимпатична таблица умножения, то он ухитрится и с ней не согласиться. Вот нравится нашей читательнице такая картина мира. Именно в таком мире, где евреи пьют кровь христианских младенцев, ей жить комфортно. И она ни за что не позволит себя переубедить. Я все же очень удивилась; если бы это не на страницах моего ЖЖ, если бы мне об этом просто рассказали, я бы не поверила.

Я хочу досказать историю отношений Александры Коллонтай и Дыбенко. Она, конечно, простила его, она просто не имела права не простить. Ведь это она была теоретиком и проповедником свободной любви, в которой ревность считалась позорным пережитком прошлого. Но на самом деле простить его она не смогла. Она перестала ему доверять, все время его в чем-то подозревала. В Библии сказано про ревность, что «стрелы ее - стрелы огненные». Вот эти огненные стрелы терзали ее. Уйти от Дыбенко она не могла потому, что любила. И она попросила Сталина, который в то время занимался кадрами в ЦК, чтобы он направил ее на работу за пределами нашей страны. И он направил ее послом в Норвегию, а потом в Швецию. Александра Коллонтай была урожденная Домонтович. Домонтовичи - прямые потомки князя Довмонта, который был родственником князей Великого княжества Литовского, а Литва тогда была могущественным государством, и сам был причислен к лику святых. Домонтовичи были более родовитыми, чем Романовы, и их всегда приглашали на придворные балы и прочие придворные мероприятия. Николай Александрович Романов, будущий император Николай II, отчаянно ухаживал за неотразимо привлекательной Александрой Домонтович. Так что в силу ее высокого происхождения в Королевстве Швеция ее приняли как родную. О прощании с Дыбенко она писала в письме подруге, что удалось взять себя в руки и расстаться без слез.

Мне казалось, что историю любви Ленина и Инессы Арманд я в нашем ЖЖ рассказала, но читательница пишет, что она этого не нашла. Я не помню, что именно рассказала, в какой связи и когда, так что не могу дать ссылку. Поэтому я, пожалуй, расскажу еще раз. Я, может быть, уже что-то подзабыла из этой истории, которую мне рассказала Елизавета Яковлевна Драбкина, тогда она произвела на меня большое впечатление. Читательница написала, что не знала, что в семье Ленина жила девочка. В семье Ленина часто жили дети товарищей, это называлось подбросить детей «Ильичам». Товарищи мотались по стране, а Ленин и Надежда Константиновна жили оседло, и товарищи оставляли у них своих детей. И Владимир Ильич, и Надежда Константиновна охотно принимали этих детей, радовались им. Но постоянно в их семье жила только Лиза Драбкина, которая была знакома и близка с ними, еще когда была ребенком в эмиграции. Лиза рассказала мне то, что ей рассказала Надежда Константиновна, и то, свидетелем чего она была сама. Так что в основном это версия Надежды Константиновны, я подчеркиваю это. Возможно, Надежда Константиновна была необъективна. Это ее восприятие Инессы Арманд и отношений Ленина с ней.

Инесса Арманд - француженка, ее родители музыканты, кажется, оба пели в опере. Она приехала в Россию навестить свою тетушку. И тут с ней познакомился богатый фабрикант Александр Арманд, влюбился, сделал предложение. Она это предложение приняла, родила от Александра четверых детей. Была матерью семейства, светской львицей, дамой-патронессой. Потом прочла работу Ленина «Развитие капитализма в России» и сразу поняла, что это правда. Она стала иначе смотреть на своего мужа и на его дело, распропагандировала младшего брата мужа Владимира. Они оба стали революционерами и сразу же попали в тюрьму, и старший Арманд вытаскивал их из тюрьмы. Инесса оставила своего мужа, вышла замуж за Владимира Арманда, и с ним у нее был сын.

Ленин и Инесса Арманд познакомились в эмиграции в Париже. Ему тогда было 39 лет, а ей 35 лет. И у меня такое ощущение, что Владимира Арманда тогда уже не было. Они с Лениным полюбили друг друга с первого взгляда, и это была любовь-страсть, настоящее безумие. Когда Ленин опомнился, он испугался. Он не представлял себе, что может поддаться чувству, которое не сможет контролировать. И вообще в адюльтере было что-то буржуазное, что не к лицу революционеру. Ленин решил, что их отношения не могут продолжаться, и сказал Инессе об этом. Но прервать эти отношения у обоих не было сил. И тогда Ленин и Надежда Константиновна из Парижа переехали в Цюрих. Я не думаю, что Надежда Константиновна ревновала мужа. В ее отношении к нему было много материнского. А вообще Надежда Константиновна была святая, и не просто святая, а блаженная. В Марфо-Мариинской обители, что недалеко от моего дома на Ордынке, до сих пор молятся за нее. Первым моим помощником, когда я начала вести свой ЖЖ, была Зина. Я диктовала ей по телефону регулярно два раза в неделю в определенные часы. Зина была человеком глубоко религиозным, занималась реставрацией икон. Так вот, она о Надежде Константиновне говорила со слезами в голосе. Я тогда, к сожалению, не догадалась расспросить, что такое сделала Надежда Константиновна, почему за нее молятся, и почему Зина ее до сих пор оплакивает. Не было времени на расспросы, нужно было диктовать.

Так вот, супруги Ульяновы переехали в Цюрих, потом в России произошла революция, и Ленин решил вернуться в Россию. Одно дело, когда он жил в Цюрихе, а она в Париже, в нескольких часах езды. Разлука не казалась окончательной, была возможность передумать и встретиться. А другое дело уехать в Россию, где революция. Шла мировая война, и приехать из Франции в Россию через Германию, если бы Инесса этого захотела, было бы невозможно. Надежда Константиновна понимала, что переживает ее муж, и предложила Ленину пригласить Инессу поехать с ними в Россию. Ленин сказал: «Она не согласится». Он думал, что она не простит ему разрыв. Ндежда Константиновна сказала: «Пригласить нужно, и пусть она сама решает». Инесса согласилась. Когда они оказались в поезде, безумие опять их накрыло. Ленин взял себя в руки и объяснил Инессе, что близкие отношения между ними невозможны, они должны расстаться. Из поезда они вышли на разные платформы и больше не виделись. Известно письмо Инессы к Ленину, в котором она писала, что не обижается на него за разрыв, и даже за то, как он провел расставание. Она так и написала «провел расставание». И все же она не понимает, почему им нельзя видеться, просто видеться. Но Ленин знал, что «просто видеться» у них не получится, и решения своего не изменил.

Инесса была по делам на юге, кажется, на Кавказе. И оттуда она прислала своей близкой подруге письмо, текст которого известен. Она писала подруге, что жизнь потеряла для нее всякую прелесть, что душа иссохла, что в душе только дети и В.И. В это письмо был вложен запечатанный конверт с письмом Ленину. Инесса писала подруге, что если с ней что-нибудь случится, ее не станет, то подруга должна это письмо передать младшей сестре Ленина Марии Ильиничне для передачи брату. Не знаю, откуда взялась у Инессы мысль о смерти, выходит, она ее предчувствовала. Она действительно умерла на Кавказе от холеры. И когда было получено известие о ее смерти, Мария Ильинична передала письмо брату. Тело Инессы в свинцовом гробу ночью на вокзале встречали Владимир Ильич и Надежда Константиновна, и Лиза была с ними. Ну а дальнейшее я описала, это описание можно найти и в интернете. На похоронах за гробом Инессы Ленина не вели, а волокли, он не мог переставлять ноги и веки не поднимались. Очевидно, это был первый удар, от которого Ленин уже не оправился. Он пережил любимую женщину всего на два года, а потом были еще два года, которые он существовал, но это уже был не Ленин.

Продолжение следует.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments