Энгелина Борисовна Тареева (tareeva) wrote,
Энгелина Борисовна Тареева
tareeva

Categories:

Исторические «загогулины». Загогулина вторая. Два Сталина. Часть 1. Продолжение. (8)

Когда говорят о Сталине, то часто употребляют такие выражения, как «колоссальный ум» и «широкая образованность», еще его называют ученым». Но я не вижу подтверждения этим определениям. Произведений, которые можно было бы назвать научными, он написал немного. Серьезных открытий они не содержат. Обращает на себя внимание стиль. Есть выражение: «стиль - это человек». Стиль Сталина был семинарский. Видно в церковных семинариях очень хорошо учили, умели вдалбливать, из-под этого стиля потом трудно было выбраться. Я однажды участвовала в редактировании сборника статей по психиатрии. Мне досталась статья профессора, о котором считалось, что он звезд с неба не хватает. Не будучи психиатром, я не могла определить научную ценность статьи, но что меня поразило сразу – это стиль. Я сказала: «Как странно пишет ваш профессор, можно подумать, что он в церковной семинарии учился». Мне ответили: «Он действительно там учился, но как вы это определили?» Я определила по стилю. Но если бы этот профессор был крупным ученым, он преодолел бы этот стиль. Сталин писал просто и понятно. Но не потому, что он был хорошим популяризатором, а потому что в его тексте не содержалось ничего, что нуждалось бы в популяризации. Содержание было примитивным, и объяснять его было не нужно. Есть люди, которые обладают способностью к научному мышлению, а есть такие, что не обладают, это как голубые глаза – если они есть, так есть, а если нет, так уж нет. Сталин не обладал способностью к научному мышлению, и это нанесло нашей стране большой вред. Его марксизм был маленький, ограниченный, скорченный. В него ничего не влезало. Если появлялись новые открытия или возникало новое направление в науке, ему не умели найти место в примитивизированной марксистской философской системе, у которой ведь в сущности нет границ, а считали, что этого явления не существует, отрицали его существование. Кибернетика была объявлена буржуазной лженаукой, «продажной девкой империализма». Теперь без электроники ни одна машина, станок, средство передвижения не работают. А если бы с нами был Сталин, что с нами было бы? Впрочем, у нас была хорошая разведка, и, пока политика кибернетику честила непристойными словами, военные поняли, что на основе этой «антимарксисткой теории» можно получить серьезные практические результаты, и стали к ним подбираться. И какой нужно иметь воистину «колоссальный» ум, чтобы найти что-то буржуазно-империалистическое в кибернетике. А с генетикой еще хуже. От нее ведь хлеб насущный прямо зависит. В мире произошла «зеленая революция» - урожаи увеличились почти втрое. И в основе этого лежат работы Николая Ивановича Вавилова. Извините, я хочу еще раз написать это имя - Николай Иванович Вавилов. Его уничтожили, замучили. Я не кровожадный человек, но если бы мне дали беспомощного, связанного следователя Хвата, который пытал Николая Вавилова и издевался над ним, я бы его разрезала на мелкие кусочки перочинным ножом, а если бы не было ножа, то ногтями бы разорвала. А он жил и благоденствовал, большую пенсию получал. Генетику запретили. Генетиков уволили с работы, репрессировали, и многих уничтожили. Об этом написал большую и подробную книгу Жорес Медведев. Читаешь эту книгу и глазам не веришь. В середине ХХ века люди оказались в положении Джордано Бруно и вели себя, как Джордано Бруно, не отреклись от своих научных убеждений. Герман Плисецкий написал стихи:

Костер в моей груди, должно быть на ночь
Я начитался про Джордано Бруно,
Но площадь на Манежную похожа,
И жители по-русски говорят…


Если бы Сталин сделал ставку на Вавилова, а не на Лысенко, то зеленая революция у первых была бы у нас, и мы бы сейчас продовольствия за границей не покупали бы. Но Сталин не мог сделать ставку на Вавилова, для него это было физически, физиологически, органически невозможно. Он ненавидел таких людей как Н.И. Вавилов и не доверял им, потому что не мог их понять. Человек, которому для себя ничего не нужно, ни благ, ни власти, человек, который готов все отдать, всем пожертвовать ради того, чтобы добыть новые знания, нужные людям, человек, который готов жить в тяжелых условиях экспедиции и при этом ухитряться быть веселым, добрым и счастливым. Он был уважаем и любим своим окружением не за страх, не из-под палки, а радостно и искренно. Этого Сталин не мог вынести. На его страшном, кровавом, людоедском пути к вершине власти не было счастья. Я думаю, он не был счастлив ни одной минуты в своей жизни. Да и какое может быть счастье, когда ты всех боишься, со всех сторон ждешь предательства, страх – самый тяжелая и вредная из всех эмоций, а страх в нем жил всегда. Он убивал, убивал, убивал, убивал, а страх не отпускал. Другое дело Т.Т. Лысенко. Лысенко был свой человек. Он искренне уважал Сталина, потому что Сталину удалось подняться выше по тому пути, по которому хотелось подниматься и Лысенко. Стремление к карьере, карабканье по социальной лестнице он считал естественным состоянием человека. Вавилова предупреждали, чтобы он не приближал к себе Лысенко, но Вавилов говорил, что нельзя отталкивать от себя человека из народа и что, по крайней мере, он должен научить Лысенко читать. Но не научил. Лысенко искренно не верил в существование гена, называл его «мифическое единица наследственности» (так и в Большой советской энциклопедии с его слов было написано). Говорят, он ни разу не посмотрел в микроскоп, и мельчайшую признаваемую им частицу называл «крупынка».

Когда Бил Клинтон был в нашей стране, ему, конечно, приготовили большую культурную программу, как же – русская духовность. Но Клинтон сказал, что не успеет все это одолеть. Но ему необходимо побывать в ВИРе (В Ленинграде). Я эту историю слышала по телевизору. Рассказывал директор ВИРа. В ВИРе есть все: картофель, который не боится колорадского жука, виноград, который не боится филлоксеры, не правдоподобно засухоустойчивая пшеница и все остальное. Американцы используют достижения ВИРа и преклоняются перед этим институтом и его героическими сотрудниками, которые сохранили всю коллекцию ВИРа в ленинградскую блокаду. Клинтон спросил директора, не может ли Америка им чем-нибудь помочь? Директор сказал, что институту не хватает холодильных мощностей, что каждые два года они весь свой материал пересевают, а это трудоемкая работа. Если бы были холодильники, они могли бы не пересевать. Вскоре после отъезда Клинтона директору института позвонил адмирал американского морского флота и сказал, что у них сеть свободный плавучую рефрижератор большой емкости, может быть институт может его использовать. Директор обрадовался, а дальше на них посыпались подобные предложения, и с холодильным оборудованием они горя не знали. Ну а петербургские власти задумали выселить ВИР из помещений, которые они занимали много лет и очень хорошо для себя приспособили.

 
Tags: Сталин
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 57 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →