Энгелина Борисовна Тареева (tareeva) wrote,
Энгелина Борисовна Тареева
tareeva

Categories:

Спасибо!

Поста давно не было, потому что я продолжаю болеть. В прошлую среду был приступ, о котором я вам сообщила. Через несколько дней мне стало легче, а в воскресенье приехала Марина-старшая, и я даже смогла продиктовать ей пост. Но прежде, чем мы этот пост с Юрой поставили, в следующую среду начался новый приступ. Такого ещё не было. В последнее время у нас интервалы между обострениями около трёх месяцев, а вот теперь - всего одна неделя. Видно, болезнь прогрессирует, и что нас ждёт дальше - неизвестно. Такие дела. Сегодня мне опять получше, и я в состоянии хотя бы перечитать и поставить тот текст, который мы с Мариной написали в прошлое воскресенье.

Дорогие мои! Я прочла ваши комментарии к посту о моей болезни. Большое вам спасибо за сочувствие и поддержку. Ваша поддержка - теперь основа моего существования. И физического, и отчасти даже материального. А вообще наше общение - это вся моя жизнь, ее смысл, цель и содержание. А без смысла какая же жизнь, и зачем она нужна. Вот doс_rw пишет, что он предчувствовал, что со мной что-то не так, и это меня не удивляет. Мы с вами на одной волне, и вы все про меня знаете, даже заранее.

Я понемногу вылезаю из болезни, но на этот раз как-то очень медленно, «шаг вперед, два шага назад». То кажется, что я уже совсем пошла на поправку, и вдруг болезнь опять возвращается. Прежде так не было. И сейчас голова тяжелая, и с сердцем нехорошо - кардиоцеребральный синдром. Диктовать трудно, но хочется вам ответить. Мысли разбегаются, но вы учтете, что я еще больна. Надежды я не теряю, хотя порой сомнение все-таки берёт. Ваши медицинские советы я учла, а рекомендуемую вами протёртую гречневую кашу на воде я ем ежедневно.

Вы спрашиваете, сколько будут стоить окна. Это сложный вопрос. Вот я написала вам про окна, и потом ночь не спала, все думала о них. Я с вами поделюсь своими размышлениями и выводами. Наш дом построен в 1908 году. Не то чтобы это был памятник архитектуры, но его скромное архитектурное решение вызывает у меня уважение, а уж его возраст безусловно вызывает почтение. Я считаю неправильным ставить в такой дом новые окна, пластиковые или любые другие. Когда сегодня с улицы смотришь на дом, то видишь, что 80 с лишним процентов окон - пластиковые, и они режут глаз. Фасад изуродован. Я не знаю, куда смотрит Архнадзор, я бы это законодательно запретила. И уж я, конечно, не тот человек, который решится нанести вред архитектурному облику нашего дома. От Москвы, которую я люблю, уже мало что осталось. Московские власти вместе с бизнесменами, с которыми они связаны, в погоне за прибылями и сверхприбылями безжалостно крушат всё подряд . Им ничего не дорого, для них ничего не свято. Они любят только деньги, только деньги им важны. Деньги, деньги, деньги, как можно больше денег, здесь они ненасытны. В погоне за деньгами они не остановятся ни перед чем.

Я уже несколько лет не выхожу из дома и не всё знаю, моя дочь щадит меня и ничего мне об этом не рассказывает, а недавно она случайно проговорилась. Я попросила её сфотографировать на Софийской набережной на воротах старого заводика (заводик в глубине, а ворота выходят на красную линию) две бронзовые скульптуры рабочих. Там литейщик и молотобоец в разных рабочих формах и с разными рабочими инструментами в руках. Фигуры небольшие, почти в натуральную величину, прелести и милоты удивительной. Я по ним соскучилась и хотела посмотреть хоть на фотографии. И дочь мне сказала, что эти ворота давно снесли, сказала: «Ой, мама, я тебе не хотела этого говорить», - и тут я узнала, что снесли половину Софийской набережной. А Софийская набережная - это не только самая красивая набережная в Москве, а вообще одно из красивейших мест города. Снесли всё, от Каменного моста до особняка миллионера Харитоненко, а на этом месте построили огромный безобразный дом - коммерческая застройка. Снесли бы и особняк Харитоненко, да англичане помешали. В этом особняке резиденция английского посла, и это территория Великобритании. Благодаря англичанам сохранился и расположенный за особняком Храм Святой Софии, а то и его бы не было. Вот я сижу дома и думаю, что за окнами Москва, которую я люблю, а её уже нет. И её уничтожили, разбомбили враги, проклятые супостаты, оккупанты, захватившие наш город и нашу страну. А тут ещё жильцы последних сохранившихся старых домов не ценят архитектуру своих домов и разрушают её новыми окнами. Конечно же, я не хочу в этом участвовать.

Но я про наш дом. До сих пор я говорила о фасаде, о внешнем виде здания, а если говорить об интерьере, то здесь все обстоит еще более определенно. Как-то вместе с моей родственницей ко мне в гости зашел её друг дизайнер и сказал: «Эта комната в старинном стиле, который надо усугублять». Вот я и стараюсь его усугублять и ни в коем случае не нарушать. Вы знаете, я вам рассказывала, что у меня вся мебель старинная, конец XIX - начало XX века, в стиле русского модерна. Это мой любимый стиль, и моя мебель мне кажется очень красивой. Не то чтобы она была самая удобная, она немного громоздкая и тяжелая, чтобы подвинуть кресло, мне нужно навалиться на него всем весом. Но эта тяжёлая мебель покрыта изумительной красоты резным узором, целые резные панно, причём узоры тут разные на креслах и диване, письменном столе, на разных частях кресел. Он нигде не повторяется. А на дверцах стола кроме резьбы есть ещё декоративные кованые бронзовые накладки, и я ни в коем случае не согласилась бы заменить свою не слишком удобную тяжёлую мебель на легкую и удобную современную мебель, даже красивую и дорогую, даже если бы мне ее предложили бесплатно. Эта мебель как-то соответствует моему душевному складу и моему внутреннему состоянию, картинам на стенах и книгам на стеллажах. У меня на стене висит аптечка абрамцевских мастерских с рисунком Билибина, и я воображаю, что этот рисунок он нанес собственной рукой. Я сама человек не совсем современный, я чувствую себя человеком отчасти даже XIX века. И мебель моя такая же. Я уже говорила, что моя комната - это моя раковина улитки, она точь-в-точь по мне. Если меня выковырять из этой раковины, я тут же погибну. И раковина будет разрушена - тот, кто станет жить в комнате после меня, непременно что-нибудь изменит, и тогда изменится всё. Я иногда думаю, что именно он изменит. Наверное, ему не понравится журнальный стол. Его сделал сам Игорь из столешницы старинного стола. Столешницу он разрезал пополам, и у журнального стола два уровня. Он фанерован темным дорогим деревом, фанеровка квадратами с перпендикулярным расположением волокна в шахматном порядке. Я этот стол люблю, но почему-то подозреваю, что моим преемникам он может не понравиться, он может показаться им слишком кустарным, самодельным.

И вот окна… У меня три высоких окна, и они во многом определяют интерьер. Естественно, я хочу, чтобы новые окна были точно такими, как старые. Это сложная задача. Боюсь, что новых таких рам уже никто сделать не сможет. Еще когда я работала в ЦНТБ по архитектуре и нам там понадобились новые дверцы для старинного книжного шкафа, нам объяснили наши архитекторы, что сейчас никто раму связать не сможет. Старых профессионалов, которые делали такие рамы, уже нет, а новые этого не умеют. Значит, мне мои окна нужно реставрировать. Юра нашел в интернете предложения по реставрации старых деревянных рам. Я боялась, что мои рамы не подлежат реставрации. Дерево старое, трухлявое, гнилое. Но, может быть, я недооценивала долговечность дерева. В нашем доме деревянные перекрытия, по этой причине его собирались сносить, опасаясь, что здание рухнет на головы жильцам. Даже начали выселение жильцов дома и больше половины переселили, но потом проверили конструкции, добрались до этих деревянных балок, что-то от них откололи и исследовали и пришли к выводу, что балки в прекрасном состоянии и продержатся еще столько, сколько уже держались. Вот я и про свои рамы думаю, что, может быть, это дерево можно чем-то пропитать, проклеить, покрасить, и оно еще поживет. У моей подруги Наташи такая же проблема. Она не хочет менять рамы своих окон и хочет их реставрировать. Правда, живет она в сталинском доме, и ее рамы на полстолетия моложе моих. Она собирается начать реставрацию рам весной, узнала, что дело это чрезвычайно трудоемкое и длительное, и работы продлятся чуть-ли не все лето. И я хочу сделать то же, если кто-нибудь за мои окна возьмется. Сколько это будет стоить, мне сейчас трудно предположить. Вот, собственно, все про окна. Мне, признаться, немного стыдно, что я придаю такое значение моему материальному окружению. Казалось бы, я могла бы быть выше этого. Но вот, выходит, не выше. И для меня это не совсем материальное окружение. Вот не знаю, как это объяснить. Но для меня это и про духовный мир, и про искусство, и про связь времен. Я чувствую какую-то ответственность за этот дом, за свою мебель перед потомками. Вы скажете, что я что-то слишком большое значение придаю домашнему уюту, а ведь я заявляла, что чувствую себя комфортно только на баррикадах. Но мои баррикады - это мой блог, и борьба продолжается.

Еще раз большое спасибо вам за все, мои дорогие, родные, единственные.
Вы у меня замечательные. Если бы все люди были такие, то наступило бы царствие Божие на земле или по крайней мере коммунизм, который считают утопией просто потому, что не все люди такие, как вы. Ещё раз спасибо вам большое.

Вы просите сообщить реквизиты карты. У меня нет карты, но есть счёт в Сбербанке, вот его реквизиты:

ПАО СБЕРБАНК
БИК 044525225
КОРРСЧЁТ 30101810400000000225
НОМЕР СЧЁТА 42306810138310113934
ТАРЕЕВА ЭНГЕЛИНА БОРИСОВНА

А вот два других способа:

paypal.me/tareeva1925
money.yandex.ru/to/410017240429035

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments