September 13th, 2015

Ответ на комментарий salmin26, продолжение.

Уважаемый  salmin26!

Вы назвали советскую литературу «чахлой». Забавно, что Вы выбрали именно это словечко. Это Бабель чахлая литература? Да там буйство жизни и буйство силы. Или Пильняк, а может быть Маяковский особенно чахлый? Нет, это был ослепительный взрыв, фейерверк, и глаза всего мира были к нему прикованы. Советский авангард возглавил тогда мировой авангард, Москва была театральной Меккой.  Это было время бурного новаторства и в области формы и в области содержания. Новые герои, новые темы, новые формы. Серафимович написал роман, в котором не было героя-личности, героем была маска. Тогда считали, что народ – творец истории, а роль личности незначительна. Вот он и написал такой роман, и этот эксперимент мне кажется интересным. Чахлая? Мой друг сказал про Всеволода Вишневского, посмотрев  в театре  Таирова «Оптимистическую трагедию» - «Он талантлив как бык». Вроде бы странное высказывание, быки пьес не пишут, но я его поняла. Есть там некая прямо-таки животная витальность.

А мне, напротив, сегодняшняя литература кажется худосочной, малокровной, кисло-сладкой и тепловатенькой. А Шишкин это вообще мертвечина. Я думаю, его популярность именно этим и объясняется. Мертвечина нынче в моде и не только в литературе, но это отдельный разговор. «О, знал бы я, что так бывает,/ Когда пускался на дебют,/Что строчки с кровью - убивают,/Нахлынут горлом и убьют!» - это к большинству писателей из Вашего списка не относится.  «И здесь кончается искусство  и дышат почва и судьба….» - тоже не про них. И «Мы не врачи, мы – боль»  - не про них. Там нет ни крови, ни почвы, ни судьбы, ни боли за человека. Если даже произведение называется «Кровь и почва», это все больше игра - игра в жизнь, игра в литературу.  А, между тем, лик жизни становится все более грозным, и реакция писателя должна быть  соответствующей.
Collapse )