Энгелина Борисовна Тареева (tareeva) wrote,
Энгелина Борисовна Тареева
tareeva

Category:

Незваный гость

Меньше всего на свете я собиралась писать о В. Набокове, тем более в своем блоге. Никогда у меня не было такого намерения. И в страшном сне не снилось. Отец Александр Мень даже избегал произносить имя этого писателя, чтобы не осквернять уста. Но оно возникло на страницах нашего ЖЖ не по моей воле, и коль скоро это случилось, то я вынуждена высказаться.

doc_rw спросил меня, согласна ли я с мнением Набокова о Белинском. Этот вопрос меня почему-то сильно задел. Я ответила, что не согласна, и объяснила почему, но этого мне как-то мало, и я хочу еще кое-что добавить. Я не только не согласна с тем, что написал Набоков о Белинском, я считаю, что он и права не имел о Белинском судить, не его ума это дело. Феномена Белинского Набокову не понять по причине его иноприродности. Набоков смеется над Белинским, но это не веселый смех, это злой смех ненавистника. Набокову смешно, что Белинский знает Гегеля, и ешще более ему смешно, прямо таки до колик, что тяжело больной Белинский с кровохарканьем обращается с речью к русскому народу. Набоков презирает Белинского еще и как аристократ плебея. Ему казалось недопустимым, что сын какого-то лекаришки смеет думать о судьбах России, судить о ее положении, искать для нее пути совершенствования и развития, Также и за тоже он ненавидео и презирал Чернышевского. Николая Гавриловича даже больше. Он не поленился даже целый роман о Чернышевском написать – «Дар». В этом романе он доказывал, что у Чернышевского не было дара. Дар он понимал очень ограничено, с позиций эстета, сам он был дешевый эстет и сноб. Он не понимал, что такое дар сочувствия другим людям, дар чувствовать чужую боль, как свою. Некрасов писал:


От ликующих, праздно болтающих,
Обагряющих руки в крови
Уведи меня в стан погибающих
За великое дело любви!

Белинский и Чернышевских были из этого стана готовых пожертвовать собой из любви к ближнему, а Набоков был из другого стана.

Кстати, и в художническом даре я не готова Чернышевскому полностью отказать. Он ввел в литературу нового героя, так называемого «нового человека», а новый герой – это открытие. Такие люди действительно появились, и на десятилетия определили русскую общественную жизнь, и первым их увидел Чернышевский. Известный и модный сейчас литературовед и литературный критик Дмитрий Бак вообще высокого мнения о романе Чернышевского «Что делать?» как о художественном произведении, что его произведением новаторским, оказавшим влияние и литературу, которое чувствуется и сегодня.

Набоков иноприроден не только Белинскому и Чернышевскому, но и всей великой русской литературе. Он в нее никак не вписывается, даже никаким боком-набоком к ней не примыкает. В русской литературе у него нет предшественников. Не ясен генезис, непонятно, из чего произросло творчество Набокова, но уж точно не русская литература была его почвой. Может быть только в персонаже Достоевского Свидригайлове мы мы можем найти сходство с героями Набокова. Но как раз Достоевского Набоков за писателя вообще не считал. Может быть Достоевский его раздражал отчасти потому, что он чувствовал в нем болезненное сладострастие, свойственное самому Набокову.

Хотелось бы избежать банальности, но не получается... Для русских писателей характерна любовь к человеку, сочувствие ему, сострадание, вера в человека, в то, что он достоин счастья… У Набокова человек как родовое существо не вызывает ни любви, ни уважения. Вот уже о его героях не скажешь «Человек – это звучит гордо». Для Набокова человек – носитель всяческой мерзости. До чтения Набокова я этого о человеке не знала, и у меня нет желания ему верить. Он клевещет на человека, но может быть по отношению к одному индивидууму, а именно к самому Набокову, это не клевета, а чистая правда. Иначе откуда же он всю эту мерзость взял.

В Советском Союзе Набокова не издавали, поэтому первое его произведение я прочла в 1977 году, и это был роман «Лолита». Я читала и чувствовала, что меня физически тошнит, дурнота подступает к горлу. Муж, наблюдая мои мучения, мои корчи, сказал: «Не читай, ведь тебя никто не заставляет. Брось эту книгу, ты не обязана ее читать, никто тебя не осудит, если ты не прочтешь».

Если верить биографам, то «Лолиту» Набоков написал почти без надежды на публикацию. И сначала ее опубликовало издательство, специализирующееся на издании полупорнографической литературы. Если писатель пишет, не надеясь на публикацию, т.е. не для денег и не для славы, то значит он делает это по велению души, и что же это за душа, у которой такие странные потребности. Набоков написал то, чего не мог не написать, что из него рвалось, и вот бывает же, что из человека рвется такая гадость. Только мне нужно мне объяснять, что «Лолита» - это притча, и что в ней скрыт какой-то глубокий смысл. Я никогда не пойму, почему для выражения глубокого и высокого смысла нужно было рассказать историю о том, как взрослый дядечка насиловал девочку, мучал ее, издевался над ней и получал садистское наслаждение от страданий несчастного ребенка. Педофилия во всех странах считается уголовным преступлением, причем тяжелым, и детская порнография запрещена, но для «Лолиты» почему-то делают исключение. Каким-то образом сговорились, что вроде бы это слишком талантливое, слишком высокохудожественное произведение, чтобы предъявлять к нему требования, какие предъявляют к обычным людям. Но эстетизация садизма и насилия у меня сочувствия не вызывает.

«Лолита» - не единственное садистское произведение Набокова. «Камера обскура» мне кажется еще страшнее. Должна сознаться в своей эстетической тупости – ни одно из произведений Набокова не доставило мне удовольствия. Эстетически чуткие люди находят в них какую-то красоту. Если содержание произведения мне не близко и не интересно, то никакая, даже совершенная форма не сделает его для меня привлекательным. При моей, как было выше сказано, эстетической тупости, что сказано мне не менее важно, чем как сказано. Да и в совершенстве формы произведений Набокова я как-то не очень уверена.

Когда читаешь «Приглашение на казнь», то вспоминаешь Кафку, и сравнение не в пользу Набокова. Наиболее приемлема для меня из всего, что написал Набоков, «Защита Лужина». Я увидела в книжном магазине сборник стихов Набокова и купила его, чтобы знать об этом писателе все. Эти стихи – чистая графомания. Хотела выбросить книжку, но среди гостей нашего дома оказался поклонник Набокова и захотел эту книжку взять.

С 1938 года Набоков перестал писать по-русски, и с этого времени он перестал быть русским писателем. А какое место он занимает в англоязычной литературе – это мне было бы очень интересно узнать. Если бы не скандальная известность «Лолиты» и экранизации этого романа, то знал ли бы кто-нибудь в Англии и Америке имя этого писателя?

«Лолиту» на русский язык он перевел сам и писал о трудностях этого перевода. Писал: «Когда я тронул заржавленные струны своего русского языка…» Роман «Ада» я пыталась читать в переводе на русский, но у меня даже не получилось понять, про что это.

Белинский и Чернышевский были революционерами, а Набоков нет. Но революции бывают не из-за чернышевских, а из-за набоковых. Когда читаешь воспоминания Набокова о его детстве, то думаешь, ну как тут не быть революции. Мы уже говорили, что революции бывают по вине элит. Там, где элиты ведут себя разумно, чувствуют страну, не допускают, чтобы между ними и народом разверзлась пропасть, понимая что в эту пропасть может всё рухнуть, там революции не бывает. Элиты в России вели себя неразумно, из детских воспоминаний Набокова это видно очень ярко.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 29 comments