Энгелина Борисовна Тареева (tareeva) wrote,
Энгелина Борисовна Тареева
tareeva

Category:

Исторические загогулины. Загогулина первая. Некоторые соображения по поводу комментов.

Я написала свой пост без исследовательских целей. Но он оказался провокационным и сыграл роль зонда, который запускают в атмосферу, чтобы исследовать состояние разных ее слоев. Но уж коль скоро исследование проведено, давайте посмотрим на его результаты.

В своем посте я только хотела показать, что когда дело касается истории, поведения общества и народов, то «аксиомы» не срабатывают. Они просто неприложимы. Даже Маркс, который так любил «законы исторического развития», понимал, что законы эти имеют характер тенденций. Историчность мышления заключается в том, чтобы понимать это. Бывают исторические обстоятельства, когда меры несправедливые и даже не совсем законные, оказываются неизбежными и необходимыми. Такие случаи я и назвала «загогулинами». В качестве примера я рассмотрела выселение, переселение, интернирование – все три слова подходят – немцев Поволжья. Только их. Ни у кого не возникло желания рассмотреть именно этот отдельный случай, а ведь каждое историческое событие уникально. Свалили вместе немцев, прибалтов, татар, раскулачивание и все преступления сталинского режима. Меня назвали нравственным уродом, больной (вероятно, имеется в виду психическое заболевание), людоедкой, фашистом, крысой и дурой. Никто не захотел усомниться в «аксиомах». А ведь человек отличается от животного именно способностью сомневаться. Мышление начинается с того, что человек отказывается принимать на веру общепринятые положения и стремится все проверить сам. Иначе не было бы развития. Но мне не удалось пробудить сомнения. Прикладывались готовые мерки, а в том, что они не подходили, виновата была я. Вероятно, действительно виновата, чего-то я не сумела, переоценила свои возможности. Прикасаясь к такому больному и страшному, я примерно такой реакции – нежелания вникать – и ожидала. Но действительность превзошла мои ожидания. Я переоценила себя и в другом. Я хвасталась, что сильная и хорошо держу удар, но верно время все-таки отнимает силы, во всяком случае, причинить мне боль вам, дорогие френды, удалось.
А сейчас я хочу сгруппировать комменты по однородности подхода и ответить на них.

Комменты elena_crystal я рассматривать не буду, потому что здесь мы имеем дело с неприятием другого человека на физиологическом уровне. Я однажды сталкивалась с этим. В данном случае это неудивительно. Человеку crystalному, который себя прямо так и позиционирует, конечно, отвратителен такой отнюдь не кристальный человек как я. Сомневающийся, чего-то ищущий там, где все уже найдено и всех заражающий своими сомнениями. В демократии требуется, чтобы все шагали в ногу – ать-два ать-два – шаг влево шаг вправо считается побегом, инакомыслие наказуемо, все должны выкрикивать одни и те же речевки. Читать меня ей «противно». Я вызываю у нею идиосинкразию, аллергию. Непонятно только одно: зачем она все время наш ЖЖ читает? К чему такое самоистязание? Мазохизм? Или , возможно, она присутствует здесь , чтобы защитить других от моего тлетворного влияния? Высказывается она главным образом обо мне как личности и гораздо меньше о содержании поста. Но теперь наконец она удалила меня из френдов. Хотя уже после этого заявления написала еще несколько комментов. Уходить трудно.

Я хочу начать с Сашиного коммента.
С Сашей – отдельный разговор. Это будет семейная сцена. Семейные ссоры – самые жестокие. Потому что ссорящиеся хорошо знают болевые точки друг друга.

Привет, Саша! Я думала, ты уже не заходишь на наш ЖЖ, и хотела тебе позвонить, чтоб зашел, а потом решила, что неважно прочтешь ли ты. Спор у нас с тобой не личный.

О выстраданности убеждений. Забавно, что ты учишь меня уважать Ивана Большакова и Илью Яшина. Это у меня, а не у тебя фотография Ванюшки лежит на письменном столе под стеклом, ты видел. Когда вы исключали Илью Яшина из партии, это я выступала в его защиту. Не только выступала на собрании, но и до собрания провела большую работу. Собрала в Сахаровском центре Комиссию по партстроительству, которой тогда руководила, с участием уважаемых мною членов «Яблока» и «Солидарности». Мы выработали решение в защиту Яшина. На собрании в «Яблоке» , в котором участвовали председатели многих региональных отделений , а не только Московского, значительная часть интеллектуальной элиты партии и представителей регионов голосовало против исключения, но мы оказались в меньшинстве. Илью исключили. Руководитель одного из региональных отделений, старая яблочница и очень хороший руководитель отделения - плакала и подала заявление о выходе из партии. Мы заявили о самороспуске нашей Комиссии. Самым неумолимым, самым ярым сторонником исключения был ты. Слова, которые чаще всего звучали – «политическая конкуренция». Вот ты и победил. Илюшка так не хотел уходить, но где ему против вас. А теперь ты ставишь себе в заслугу пробитую голову Яшина. Как это оценить? Что-то из Евангелия приходить в голову. Ты предлагаешь мне помериться сроками. Не понимаю о чем ты? Я чего-то не знаю в твоей биографии? Ты политкатаржанин? Или ты опять ставишь себе в заслугу суд над Ваней Большаковым и отсидки твоих коллег? Я действительно никогда не сидела. Хуже того, я извлекаю выгоду из мучений других. Мой отец был репрессирован. Его пытали и расстреляли. А я теперь за это получаю надбавку к пенсии. Сначала эта надбавка ровнялась 92 рублям, но теперь ее увеличили, и она равняется 100 рублям. Я этот стольник отдаю в «Яблоко». Хотя причащаться телом и кровью замученного вполне в христианской традиции, но здесь идет речь не об Отце и Сыне Небесном, а вполне земном моем любимом папе, и его плоть и кровь мне в горло не лезут. Правда, каждый год 30 октября, в День памяти жертв политических репрессий, мне приносят гостинец, как Дед Мороз на Новый год: чай, кофе, конфеты и печенье, иногда вместо печенья бывает даже шоколадно-вафельный тортик. Это я беру. У меня народ бывает и все время чай пьют, и к чаю что-нибудь нужно. Так что я принимаю гостинец вроде бы тоже не в личных, а в общественных целях.

И не надо представлять меня врагом молодежи. Кто-кто, а ты прекрасно знаешь, что я дружу как раз с молодыми ребятами. Это моя среда обитания. Без них я бы не выжила даже в физическом смысле и блог бы не завела. Я их люблю. Они это знают. Но я не умею любить слепой любовью. И свою дочь не умею, и мужа не умела. У меня хороший глаз на недостатки, и я вижу их и в тех, кого люблю. И в данном случае я вижу недостатки и опасности, с ними связанные. Потому и написала. Но видно не сумела передать свои мысли и чувства. Таланту не хватило. Все приняли мою «озабоченность», как сейчас модно выражаться, за враждебность.
Еще о выстраданности убеждений. То что ты привел в доказательство выстраданности – это страдания за убеждения, к выстраданности самих убеждений это отношения не имеет. И почему ты считаешь боль от удара кулаком страданием? Ты не можешь не знать, что такое «собирание себя», и что метафизические страдания гораздо тяжелее и опаснее, чем физические. Мы сдирали с себя марксизм с кожей, с мясом, с кровью. Не все сумели это пережить. Я не буду называть имена людей, которые не пережили. Среди них есть известные, и если кто-нибудь не знает, почему они ушли, то пусть и не знает. Зато мы стали действительно свободными. Никакая догма теперь не может подмять нас под себя. Вы вошли в сознательную жизнь тогда, когда демократические идеи были господствующими идеями. И вы приняли их, причем приняли как догму и блюдете как догму. Я сочла бы твой комментарий непорядочным поступком. Ты слишком хорошо меня знаешь, слишком много со мной общался один на один, чтобы считать меня «людоедкой» или отказать мне в гуманизме самого высокого толка. Что же случилось? А случилось то, что я задела догму. Удивительно, что люди, считающие себя демократами, трясутся над своими догмами не меньше, чем исламские фундаменталисты над своими.

Теперь о страдании. «Это очень по-русски и очень глупо», - говоришь ты. По-русски – это верно. Но вот глупо ли? Роль страдания в христианской этике, и вообще в христианской культуре переоценить невозможно. Христианская цивилизация началась со страдания Сына Человеческого на Кресте и с идеи о том, что этим страданием можно искупить всех. Восточное христианство более радикально, чем западное, и эта идея, эта мысль в нем также выражена более радикально. Но недавно я перечитала всего Грэма Грина – писателя католического, и мысль о нравственной роли «школы страдания» проходит почти через все его творчество. Что касается русских, то если западная формула жизни – принять любой вызов и победить, то русская – вынести любое страдание и остаться человеком. Не то, чтобы эти две формулы противоречили одна другой, но приоритеты разные. Из этой формулы выросли Толстой и Достоевский, и свет России, озарявший землю, от нее. Жаль, что менталитет изменился. Наш с тобой спор еще и спор цивилизационный. В буддизме, насколько мне удалось понять, отношение к страданию противоположное. Буддизм в той или иной форме (их много) сейчас на Западе популярен. В комментах к «Кое-что о любви» я столкнулась (3 коммента) с буддистским отношением к сексу. Буддизм порожден совершенно другой, принципиально другой цивилизацией. Ничуть не худшей, но - другой. Каждая цивилизация гармонична внутри себя. Нащипать из нее отдельные положения, когда не принадлежишь к ней, не можешь принадлежать, как бы не хотел, мне не кажется, что это способствует цельности личности, цельности мировоззрения. Скрещивание – опасное занятие. У гибрида могут появиться странные свойства.

Я виновата, сумела чем-то (я ведь так и не поняла чем) раздражить тебя так, что воспитанный мальчик из интеллигентной семьи перешел границы приличия. Тон агрессивный, хамский: глупость, никчемность, напрашиваетесь – это не твой лексикон. Меа culpa. Все это бесконечно грустно. Я не умею расставаться, я не умею разлюблять. Но жизнь – суровая штука. Я считаю, что спор наш закончен. Если ты захочешь его продолжать – то, пожалуйста, на своем блоге. Твой дар полемиста мне известен. Куда мне да тебя. Думаю, ты сумеешь большинство привлечь на свою сторону, тем более, что оно и так на твоей стороне. В отличие от меня, ты ломишься в открытую дверь. Это я стенку лбом прошибаю, что в «Яблоке», что здесь.
Забываю тебя, забываю, неохота тебя забывать,
И окно к тебе забиваю, а не надо бы забивать.
У нас возник спор поколенческий. Не в форме констатации разницы между поколениями , о которой говорила я, а спор о том какое поколение право. Какие же вы все-таки недотроги, молодые люди. Слова поперек вам не скажи. Не дай Бог вас против шерсти погладить – руку откусите. Именно это «против шерсти» и вызвало такую нервическую реакцию. Как иначе оценить слова о крысе, загнанной в угол, по отношению к людям, которые боролись, не щадя себя, что на фронте, что в тылу , не зная, чем кончится борьба, и в конце концов победили. Теперь в моде индивидуализм, и нас призывают быть индивидуалистами. Поэтому вам может быть просто невдомек, что боялись мы не за себя. Свою жизнь легко отдать, и когда в этом была нужда, то в добровольцах недостатка не бывало. Мы боялись (я понимаю, что вам трудно это представить) за страну и даже за человечество. Мы боялись победы зла. Люди, прошедшие войну, это А. Солженицын, Виктор Платонович Некрасов (не удивлюсь, если вы не знаете его и его замечательные книгу «В окопах Сталинграда»), А. Твардовский, О. Берггольц, Б. Окуджава, наши замечательные военные поэты: Д.Самойлов, Б. Слуцкий, С. Гудзенко, А. Межиров – можно долго перечислять. Это они крысы? Крыса Илья Эренбург, крыса Василий Гроссман, опять же Петр Григоренко. Они – нравственные уроды, больные, отличаются от нормальных людей? Кстати, вы пока не создали ни в прозе, ни в поэзии ничего равного тому, что создали они. Я вам этот счет предъявляю. Давайте, нормальные мои, здоровенькие мои. Мы ждем с надеждой. Готовы ловить каждое ваше слово. А, может быть, нормальность, глубокая самоудовлетворенность и творчество плохо совместимы? И с какой стати вы прямо меня обвиняете в страшной гибели немецкой девочки во время бомбежки Берлина? Я как раз выразила сомнение в необходимости этих бомбежек. Но бомбили и мы, и союзники. Здесь в комментах есть замечания о том, что немцы начали бомбить раньше. Ну, конечно, ведь немцы и начали войну, а без войны не было бы бомбежек. Немцы покаялись. Но в целесообразности тех бомбежек пока никто не усомнился. Они были необходимы для победы. А хоть бы усомнился, это дела не меняет. Я только хотела показать, что демократическая формула: «Коллективной вины не бывает. Каждый отвечает только за то, что совершил лично» в войну не срабатывает. Гибель девочки еще один пример, такой же, как переселение немцев.

О школе ненависти. Я говорила о ненависти к общему врагу, угрожавшему стране, народу и всему человечеству, ненависти к злу. Как раз между нами царила полная гармония. Тогда мы все были вместе. И в душе была гармония. Все сомнения, которые уже начали мучить перед войной, отступили. Все объединились перед самой страшной опасностью. Кто-то написал в комментах, что и в трудармии говорили: «Ничего, на фронте еще труднее». Ненависти к злу нужно научиться, нельзя активно бороться за добро, не умея ненавидеть зло во всех его многочисленных формах и проявлениях и в себе самом. Я, кстати, не замечаю, чтобы сейчас ненависти в обществе было меньше, чем тогда. Ненависть и агрессивность зашкаливают. Ненависть к конкурентам по бизнесу (вплоть до убийства конкурентов), к политическим конкурентам, ненависть к богатым, ненависть демократов одного толка к демократам другого толка и т.п. Конкуренция всех со всеми вызывает ненависть. Только это не ненависть к злу – это само зло.
Мне не кажется, что опыт героической борьбы делает человека нравственным уродом. А опыт конкуренции, отчаянного карабканья по социальной лестнице со сбрасыванием с нее конкурента локтями и ногами, что мы сейчас наблюдаем, превращает его в нравственное совершенство. Мне кажется, что как раз сейчас развелось много крыс, причем отнюдь не загнанных в угол, а жирующих в свое удовольствие, и если вы их не видите, то не знаю, кто из нас дальтоник. Хотя если считать героизм нравственным уродством (а его считаю нравственным подвигом), а позицию обывателя, тащащего все в свою норку, верхом нравственности, то все становится понятным. Норма – понятие статистическое. И вы правы, обыватель действительно норма, а герой - нет. Но мои симпатии на стороне тех, кто выламывается из нормы. Огромное количество несвобод и порабощений настоящего времени, которых, как я понимаю, вы даже не замечаете и принимаете как норму - пугает меня. К тому еще полная бескритичность и полное отсутствие способности сомневаться. И не надо переоценивать положительное значение вашей благополучной жизни. Силы приобретаются при преодолении сопротивления среды, действие равно противодействию, а за битого двух небитых дают. А ну , как на вашу долю выпадет необходимость бороться не друг с другом, здесь вы поднаторели, а с настоящим безжалостным врагом? Мне страшно за тех, кто будет зависеть от вашей решимости и способности вести такую борьбу.

Хорошая девочка(я почему-то думаю, что это девочка) написала: «…вы абсолютно правы – «есть такая точка, в которой люди, пережившие войну, и люди, ее не пережившие, никогда не поймут друг друга». Пожелайте нам, пожалуйста, чтобы мы никогда вас не поняли. И простите за глупость». Просто чувствуется, что комментарий написал хороший и милый человек, но человек этот взял себе ник pinochetta. Значит, Пиночету она прощает расстрелы ни в чем не повинных людей, кстати, среди них были и дети, знамений «стадион», бегство из страны миллиона человек, прощает ему, то, что он был диктатор (почему-то от Пиночета демократии не требуется), прощает ему то, чего ему его собственный народ не простил. И вся эта кровь и насилие прощаются за удачные (с точки зрения автора коммента, а существуют и другие весьма убедительные точки зрения) экономические реформы. Так вот некоторые и Сталина прощают. Он ограбил крестьянство и уморил голодом, зато осуществил индустриализацию. Правда масштаб злодеяний Сталина несравним с масштабом злодеяния Пиночета, но ведь и масштаб страны несравним и эпоха другая, к тому же, в отличие от Сталина, Пиночет уничтожал не русских людей, наших родных и близких, а каких-то там чилийцев. Это конечно меняет дело. Нет, деточка, я тебе не желаю, чтобы вы нас никогда не поняли, вот ведь к чему это непонимание может привести. К культу диктатора Пиночета.

Между бабушками и внуками не бывает отношения «прощения – не прощения». Бывает только страх бабушек за внуков, и для такого страха у меня есть основания. Если Путин хочет «управляемой демократии», то значительная часть демократической общественности исповедует «казарменную» демократию, демократы – догматики, казалось бы несовместимые понятия, но у нас это так. Подход к демократии вполне большевистский. «Кто не с нами, тот против нас». «Если враг не сдается, его уничтожают» или во всяком случае изгоняют из «нашей» демократической казармы. Сейчас нет войны (почти нет), нет прямой угрозы жизни (почти нет), но есть не меньшие угрозы – угрозы душе человеческой. Вы живите в мире тотальной попсы (гламур – ее разновидность). Попса никогда не обращается к душе, а только к желудку и органам, расположенным ниже его, в мире почти абсолютной власти денег. Вы считаете нормальным и правильным жить по «обладательному модусу» («обладательный модус» , «экзистенциальный модус» - терминология Эрика Фромма, кто не читал, прочтите его книгу «Иметь или быть», тогда мы лучше будем понимать друг друга) вы научились жить без недостижимого идеала. Свирепые прагматики. Ваш идеал то, что давно достигнуто в других цивилизованных странах – спокойная, сытая, благополучная жизнь (это конечно фасад, за которым конкурентная борьба). Но те страны называют себя обществом двух третей. А одна треть в этой жизни не участвует. Почему? Это отдельный вопрос. Это как раз самое интересное. Социологи говорят, что часть из этой трети – не участвует потому, что не хочет. Не хочет – это Федор Протасов из «Живого трупа». Этот тип человека, не принимающего общественной лжи благополучного общества, оказывается жив. Там – на Западе. Западная интеллигенция ( та самая, которая, как мы считаем, существует только в России и которая как раз в России перестает быть таковой и принимает участие во всеобщем торжище) весьма критически относится к своей системе и ищет новые формы. Но мы ничего не ищем. Мы нашли идеальную форму. На Западе это вчерашний день, но нам сгодится.

Я верю, что поколение моих внуков сумеет создать нечто свое, действительно новое и действительно нужное людям. То, что останется надолго, чем будут гордиться потомки. Сказано : «И во тьме свет светит, и тьма не поглотила его». Я надеюсь , что оно увеличит количество этого света, что его усилиями он станет ярче.

Продолжение следует…

Tags: исторические загогулины
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 22 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →