?

Log in

No account? Create an account

tareeva


Интеллигентская штучка

до конца своих дней


Previous Entry Поделиться Next Entry
ЗАМЕТКИ ФИЛОЛОГА. Продолжение.
tareeva
Дорогие френды!
Вы верно уже заметили, что о чем бы я ни писала, я пишу о себе. Не Есенин, а Есенин в моей жизни, не поэзия, а поэзия в моей жизни, и, конечно, не война, а война в моей жизни. Как бы ни называлась тема, я пишу не столько о теме, сколько о своих отношениях с ней. И воспоминания составляют значительную часть объема постов, чему бы они ни были посвящены. И здесь также. Я назвала эти посты научно-бесстрастно «Заметки филолога», но это не более чем результат «Ума холодных наблюдений и сердца горестных замет».


В прошлом посте я написала о том, что соседство с «великим, могучим, правдивым и свободным» русским языком, а также с литературой на этом языке, нанесло ущерб украинскому. В Российской империи украинский язык преследовался, а в советское время его пытались развивать и защищать. Все советские служащие на Украине обязаны были знать украинский язык, уметь говорить на нем и писать. Время от времени для них устраивались экзамены по украинскому языку. Об этих экзаменах ходили анекдоты. Например, такой.

Начальник должен сдавать экзамен по украинскому языку, боясь провалиться, взял с собой секретаршу, чтобы она ему подсказывала. Его просят сказать, как по-украински называются 12 месяцев года. Он называет одиннадцать, а название двенадцатого – декабря, вспомнить не может (декабрь называется «грудень»). Начальник смотрит на секретаршу, ждет подсказки, секретарша показывает рукой на грудь и начальник бойко выпаливает «Цыцень!»

Делопроизводство велось на украинском языке. Осенью 1944 года из поселка Приуральный в Казахстане, где мы были в эвакуации, я послала заявление в Киевский политехнический институт с просьбой допустить меня к вступительным экзаменам. Ответное письмо пришло даже быстрее, чем я ожидала. Там было написано, что я допускаюсь к экзаменам, сообщалось, когда они начинаются, а также было сказано, что когда я сдам экзамены и буду зачислена в институт, то получу место в общежитии, если оно мне требуется. Еще мне написали, что необходимо иметь с собой - от документов до кружки, ложки и пр. Письмо было на украинском языке. Мы с мамой давно не видели напечатанного текста на этом языке и над письмом плакали от умиления.

А после войны с моей мамой был такой случай. В Станиславе, теперь это Ивано-Франковск, она пошла на прием к председателю горсовета, не по личным делам, а по заводским. Вошла в кабинет, поздоровалась и услышала в ответ: «Прошу звертатися до мене виключно украiнською мовою» (прошу обращаться ко мне исключительно по-украински). Фамилия председателя была Паркулаб. Мы его очень уважали за его героическое прошлое. В молодости он был членом КИМа (Коммунистический интернационал молодежи), и коммунистом в стране, где коммунистические организации были запрещены. Он был подпольщиком, рисковал жизнью. Был делегатом одного из проходивших в СССР Международных конгрессов КИМа. На этот конгресс молодых коммунистов-подпольщиков тайно переводили через границу специальные проводники. Для этого в определенных местах на нашей границе были оставлены окна. Я не помню, какой был пароль при переходе границы, а отзыв был «мы монголы». Этим отзывом мы с мужем пользовались дома, например, кода один звонил в дверь, и другой спрашивал «Кто там?», то в ответ слышал таинственный шепот «Мы монголы». Мама очень удивилась, услышав, что коммунист Паркулаб признает только украинский язык, ведь коммунисты – интернационалисты, это основной принцип.
Но защитительные меры не помогали, язык разрушался.

Моя дочь до 4-х лет жила в Станиславе, она очень рано начала говорить. Отдельные слова она произносила в 9 месяцев, а когда ей было 1 год 3 месяца – она разговаривала почти как взрослый человек, хотя не все звуки произносила правильно. В 4 года она говорила по-русски, по-украински и по-польски. Не на литературном польском языке, а на галицийском наречии. Я тоже говорила на этом наречии. Когда сдавала экзамен по польскому языку, очень стеснялась своего галицийского произношения. Из-за этого произношения на устном экзамене мне поставили четвёрку, а за письменную работу пятёрку. Но вернемся к моей дочери. Она говорила на трёх языках, причём не смешивая их, а сознательно переходила с языка на язык в зависимости от языка собеседника. Я повязала ей бант и сказала: «Пойди, покажи пани Галковской, какой у тебя новый бант». И услышала, как она, перебегая двор, кричит: «Пани, мам нову кокардку, бардзо сьлiчну!»

В 1960 году мы перевезли ее и мою маму в Москву. Дома в Станиславе не стало. Теперь собеседники у моей дочери были только русскоязычные и она забыла украинский. Я то не забыла. Я продолжала читать по-украински. На Арбате был магазин «Украинская книга», я туда ходила регулярно, покупала все новинки. Но разговаривать на этом языке было не с кем, и я не была уверена, что все еще могу бегло говорить по-украински. Мне не хотелось терять язык и было жалко, что Лена потеряла. Когда ей было 10 лет, я надумала провести с ней отпуск на Украине, погрузить ее в украинскую языковую среду, а вдруг она вспомнит язык, да и мне не мешало освежить свой украинский. Я решила, что ехать нужно на Полтавщину, и мы поехали в город Пирятин Полтавской области. Я прямо с вокзала перешла на украинский, но отвечали мне как-то не так, как я ожидала. Пирятинцы говорили на каком-то воляпюке, суржике – украинская фонетика и грамматические формы, а лексика почти вся русская. Многих простых и часто употребляемых украинских слов пирятинцы не знали, забыли. По-украински платье – «сукня», можно сказать «сукенка» – платьице. Пирятинцы этого слова не знали, они называли платье «плаття», а «плаття» по-украински – одежда. Таких примеров можно привести множество. Пирятинский украинский язык меня очень огорчил. Ясно было, что с украинским языком у пирятинцев проблемы, и это можно понять.

Преподавание в школах велось на украинском языке, но за пределами школы… Приехав в Пирятин, я в первый же день записалась в районную библиотеку. Нужно было целый месяц что-то читать. К тому же меня интересовал каталог этой библиотеки. Я тогда работала во Всесоюзной книжной палате и мне было интересно, используют ли в этой библиотеке издания нашей палаты, или республиканской палаты, или обрабатывают книги сами, как будто никаких книжных палат не существует вообще. Верным оказалось последнее. Работники пирятинской библиотеки сами составляли библиографическое описание получаемых книг и делали это плохо, потому что специального образования у них не было. Но я не об этом. Стоя в очереди в библиотеке я видела, что книги на русском языке пользуются большим спросом у читателей, чем на украинском. Толстой, Достоевский, Чехов, Горький, а также Константин Симонов, Константин Паустовский да и Вениамин Каверин, более популярны, чем украинские писатели. И кинофильмы пирятинцы смотрели больше на русском, и радио слушали, телевидение тогда еще не было абсолютным лидером массовой информации, а если бы и было… Я хочу сказать, что поток информации, воспринимавшейся пирятинцами, был русскоязычным более чем наполовину. Это сказалось на их разговорном языке. И так было по всей Украине.
Продолжение следует.

  • 1
Энгелина Борисовна, очень интересно, спасибо!

Да, без всякого давления языки под воздействием русского языки союзных республик изменялись. В Литве, к примеру, процент русского населения был небольшой, но его знали все, бюрократия была в основном на русском. А уж на атомной станции, где я жила, все говорили по-русски. И когда я хотела поговорить по-литовски, который начинала уже забывать, с местными литовцами, они отказывались: мы, мол, привыкли к русскому, нам легче. Они не знали многих специальных терминов на литовском, а некоторых не существовало, поскольку атомной физики в Литве не было. Пришлось позже литуанистам засесть и понавыдумывать слова. Так что в процессе сохранения своего редкого и уникального языка они не чуждались нажима, давления и принуждения. Как и в других странах Прибалтики, это так. Но я не склонна их сильно в этом винить, поскольку языки небольших народов - это редкие сокровища, их очень легко полностью утратить, как были утрачены многие языки народов Сибири и другие. Украинский тоже заслуживает всемерной заботы и уважения, несмотря на то, что людей на нем говорит немало. Каждый язык - это сокровище всего человечества.

===а некоторых не существовало, поскольку атомной физики в Литве не было. Пришлось
===позже литуанистам засесть и понавыдумывать слова

Я на всякий случай уточню - я правильно понимаю, что Вы решили заявить, будто термины "атом", "протон", "нейтрон", "спин" и прочие являются терминами исконно русскими, а остальным народам их "пришлось выдумывать"?

не об этих, безусловно, общеевропейских в основном, словах идет речь, о специальных технических терминах, связанных с конструкцией реактора российского производства и ядерной физикой. Вы их и по-русски навряд ли все знаете. Да и я тоже. Я там работала, поэтому знаю, о чем говорю. Переводчиком я работала, литовско-русским. И помню, когда нам прислали этот конкретный словарик.

(Подозрительный комментарий)
Я не буду этим заниматься, потому что не вижу в этом смысла. Вы желаете считать, что я лгу - пожалуйста. Я уехала из Литвы 10 лет назад, и не работала с этой терминологией очень давно, да и вообще с ней не работала, я видела, держала в руках этот словарь. Мое время мне пригодится для тех вещей, которые интересуют меня, а не вас. Я сейчас работаю переводчицей с английского. Так вот, и тут ни один переводчик не возьмется переводить любую тематику, только ту, в которой он компетентен. Сейчас я учусь на курсах юридического перевода. Словарь юридических терминов насчитывает несколько тысяч слов. Среди них полно таких, которые не поймут 80% рожденных и получивших тут полноценное образование англичан. То же касается любого специализированного словаря. Не о понятиях речь идет, о словах исключительно. Слово "ускорение", "близкодействие", "распределение", "безщелевые полупроводники" - никак не являются всемирно понятными?

===Вы желаете считать, что я лгу - пожалуйста.

Я так не считаю.

Я вполне верю, что Вы верили тогда в своё великорусское убеждение, что "в русском языке терминология есть, а другим её ещё придумывать нужно", хотя вроде бы ещё из школьного курса все знают, что вся физика идет из Европы и вся терминология в ней базируется на греческом и латыни, а потому во всех странах мира и всех языках она одинакова, поскольку заимствована (как "атом") либо дословно переведена(как "полупроводник") - а где в результате давления на них таковой ещё нет, то там не нужно ничего "навыдумывать", достаточно просто перевести или заимствовать.

Но вроде бы время прошло - должно было что-то дойти, чтобы не писать подобных шовинистических глупостей. Или нет?

Для того, чтобы понять, какого рода мои глупости, вы могли бы заглянуть на 5 минут в мой журнал. Но вам нравится махать шашкой, по своим и чужим без разбора. Я пишу о том, какой вред принес совок всем языкам, а что вы вычитываете, я не знаю.Я выучила литовский за 3 месяца после приезда сюда, понимаю белорусский, украинский и польский. Где вы нашли во мне великорусскость...

А Вы ещё не поняли?
Процитирую ещё раз.

"некоторых не существовало, поскольку атомной физики в Литве не было. Пришлось позже литуанистам засесть и понавыдумывать слова"

Побывав в 2012 году в Эстонии удивилась насколько охотнее люди общаются с тобой на русском, чем в советское время. Хотя, молодому поколению легче говорить на английском, что они повсеместно и делают. В одной моей знакомох эстонской семье два брата между собой говорят по-английски :), эстонский им кажется провинциальным. До 1940 года в Эстонии обязательно было знать немецкий.
Ну, вообщем, дай Бог малым национальностям жить лучше и сохранить свой язык больше, чем при "плохих русских".

вы сейчас назвали целые народы "малыми национальностями". я не думаю, что вы хотели кого-то обидеть, и не хочу обидеть вас. просто задумайтесь - на пустом ли месте выросло вот это "плохие русские".

И это при том, что назвавшая принадлежит сама к малой национальности - как минимум по сравнению с соседним китайским народом и не так далеко находящимся индийским (оба больше чем на порядок превышают количество "плохих русских").
Но об этом она как-то не задумывается.


Малые народности русофобят на русском языке.
Как выучатся английскому, начнут русофобить на нем !

> Не Есенин, а Есенин в моей жизни

Извините, навеяло:
Питерские девушки настолько интеллигентные, что даже в постели от удовольствия кричат: "Есенин! Есенин!!"

Спасибо большое, очень интересно читать

Спасибо, интересно и очень познавательно.

Как приятно встретить на просторах Живого Журнала человека, который прошел партийные университеты. Сейчас так не учат, не тот масштаб, что у коммунистов!
С удовольствием буду читать, иногда буду комментировать, не обессудьте!

@@@Я хочу сказать, что поток информации, воспринимавшейся пирятинцами, был русскоязычным более чем наполовину. Это сказалось на их разговорном языке. И так было по всей Украине.@@@ (С)

Так было не по всей Украине. Где-то и девяносто процентов информации было на русском, где-то сорок. Я вырос в рабочем городке под Кременчугом и хорошо помню, как мы третировали ребят, учившихся в украинской школе (три русские и одна украинская школа на поселок). "Село!", "Деревня" - самые мягкие из "обзывалок".

  • 1