?

Log in

No account? Create an account

tareeva


Интеллигентская штучка

до конца своих дней


Previous Entry Поделиться Next Entry
Воспоминания 1966 г. Курсовая работа.
tareeva
Дорогие френды! Надоело до смерти барахтаться в этой злобе дня, каждый день приносит новые неприятные известия. И я решила от сегодняшнего дня отдохнуть в прошлом. Вспомнить из прошлого какой-нибудь забавный эпизод. Я хочу рассказать случай, произошедший со мной, но очень типичный для моего времени, характеризующий его. Мне кажется, что для сегодняшнего дня ни эти герои, ни эти отношения не типичны.
Мы поссорились с мужем. Такое случалось. Ссоры обычно начинала я. Я не помню ни одного случая, чтобы ссора произошла по его инициативе. Причиной ссоры обычно был какой-нибудь пустяк, когда ссора кончалась, даже невозможно было вспомнить, с чего она началась. Тем не менее, ссорилась я фундаментально. Говорила что-нибудь вроде: «Все кончено! Мы больше не нужны друг другу! Мы с тобой оба не такие люди, чтобы влачить семейную лямку, когда главное ушло. Ты сам понимаешь, нам нужно расстаться», - и прочее в этом духе. В глубине души я всегда понимала, что расстаться нам невозможно, но, тем не менее, представляла себе, что мы расстались, и страдала на всю катушку. А он, мне кажется, всякий раз верил, что я действительно ухожу, так что ему было еще хуже.



И в этот раз все было так же. Ссора началась вечером, а утром, когда собирались на работу, я сказала Игорю, что будет хорошо, если с работы он поедет не сюда, а к своей маме и поживет у нее несколько дней. Нам нужно пожить немного врозь, успокоиться и решить, как нам расстаться с наименьшими потерями.
На работу я приехала в ужасном настроении и уже не помню, работала ли я или просто страдала, впрочем, скорее всего, работала. Я тогда работала во Всесоюзной книжной палате, в редакции «Книжной летописи», занималась библиографическим описанием. Это очень успокаивающее занятие. В каком бы настроении ты ни приехал на работу, стоит поработать полчаса и наступает покой. Библиографическое описание успокаивает, как вышивание или технический перевод.
Но рабочий день кончился, и я погрузилась в бездну отчаяния. Шла по улице, потом по подземному переходу к станции метро «Кропоткинская», ничего вокруг себя не замечая, не видя и не слыша. Мимо проходил парень, спросил у меня: «Девушка, Вас кто-то обидел?» Его голос проник в мою бездну отчаяния, и я машинально ответила: «Да, обидел». На парня я почти не взглянула. Он пошел рядом со мной, но по переходу идет много народу и все в одном направлении. Я свернула, и он свернул. Я прошла на платформу, он тоже. Тут я спросила: «Вы случайно не за мной идете?» Он сказал: «За Вами». Я сказала: «Зачем? Вам не надо за мной идти». Он ответил: «Но ведь Вас обидели». Я сказала: «Так ведь уже обидели. Это уже случилось, теперь уже ничего нельзя сделать». Он сказал: «Можно отомстить». Я ему объяснила, что мстить не собираюсь и не нуждаюсь в его помощи.
Подошел поезд. Я вошла в вагон и он за мной. Я села, он сел рядом. Он сказал: «Я вижу, что у Вас образовался свободный вечер, у меня тоже. Почему бы нам не провести этот вечер вместе?». Но я ему объяснила, что вечер у меня не свободный, я должна за этот вечер написать курсовую работу для своей подруги. Она моя сослуживица и учится на заочном, писать курсовую ей некогда. Он сказал: «Вот и замечательно. У нас и занятие на вечер есть. Я Вам помогу писать курсовую, будем писать вместе. А по какому предмету?» Я сказала, что по русской литературе. Парень сник. «Здесь я пас», - сказал он. – «Я думал, что может быть по сопромату». Я сказала: «Вот видите, у нас и специальности разные, так что нет никакой почвы, на которой мы могли бы вместе провести вечер». Он спросил, по какому писателю курсовая. Я сказала, что по Максиму Горькому. Он обрадовался, сказал, что Горького он знает очень хорошо и сможет быть мне полезным. Будем вместе писать.
Я вышла на «Охотном» и перешла на «Площадь Свердлова», он шел за мной. Он представился, сказал, что его зовут Владимир и по специальности он строитель, кончал МИСИ. Я пыталась ему объяснить, что если он от меня отстанет, то сможет провести вечер интереснее и веселее. Он не отстал. Конечно, я могла сказать, что если он немедленно не отстанет, то я позову милицию, и он бы отстал. Но я этого не сделала.
Мы доехали до «Речного вокзала», дошли от метро до моего дома, я тогда жила на Смольной улице, возле двери подъезда я сказала ему: «Действительно у нас обоих свободный вечер и мы можем провести его вместе, но только я не знаю какой смысл, Вы вкладываете в выражение «провести вместе вечер». Я Могу Вас пригласить на чашку чая, но давайте здесь же на пороге договоримся, что бы потом не было недоразумений и обид – пересыпа не будет». Он не сразу понял, что я сказала, а когда понял, у него сделалось лицо человека, которого оскорбили в лучших чувствах. Он сказал: «Это воля Ваша. Все будет так, как захотите Вы» и спросил, нет ли здесь поблизости магазина. Я сказала: «А зачем Вам магазин? Хотите купить поллитру?» Он опять обиделся и сказал, почему же поллитру, можно купить чего-нибудь вкусного. Я сказала, что магазина нет и что дома у меня почти никакой еды нет, я думала, что буду одна, а одной мне ничего не нужно. Так что ему предстоит еще и голодный вечер. Мы вошли в подъезд, поднялись в лифте на шестой этаж и подошли к моей квартире. Я достала из сумки ключи и подумала, что ведь Игорь мог меня не послушать и не поехать к маме, а вернуться домой. Я сказала Владимиру, что возможно мой муж дома. Он спросил: «И что же, он меня изобьет?» Я сказала, что бить его не за что, он всего лишь проводил меня домой. Он сказал: «Тогда открывайте».
Мы вошли в квартиру, Игоря не было. Мы прошли в большую из двух наших комнат, это был кабинет, а следующая маленькая комната была спальня. Владимир посмотрел на стеллаж, увидел на верхней полке 30-томное собрание сочинений Максима Горького. Спросил, каким именно произведением мы будем заниматься. Я ответила, что мы будем заниматься не произведением, а будем составлять библиографический указатель. Моя подруга Вера учится в библиотечном институте. Мы должны составить рекомендательный указатель произведений Горького для старшеклассников. Владимир понимающе кивнул, снял с полок все 30 томов, уложил стопками на письменном столе. Бумага на столе лежала, ручку он достал из кармана и принялся за работу. А я пошла на кухню, приготовить какой-нибудь ужин, и когда я его приготовила и пришла звать Владимира к столу, он показал мне два исписанных листа бумаги. Я прочла, это был уже в основном готовый рекомендательный список литературы. Я с ним была согласна, выбросить мне ничего не хотелось, но кое-что нужно было добавить.
За ужином я увидела, что Владимир совершенно не понимает кто я. Ему лет 30, мне на 10 лет больше. А он обращался со мной так, как будто он старше, а я моложе, к тому же женщина, и потому нуждаюсь в покровительстве и руководстве. Он спросил, зачем я крашу волосы. Разглядел, что крашенные, я думала это незаметно. Я красила волосы, потому что у меня рано появилась седина. У нас это в роду. У мамы рано появилась седина и у дочери тоже. Я хотела Владимиру это объяснить, но он предупредил меня. Спросил: «Хотите модный оттенок? А какой Ваш естественный цвет?». Я не стала его разочаровывать, сказала, что естественный цвет такой же, только оттенок другой и это была правда. Я сказала ему, что у меня дочь уже ходит в школу. Но он верно прикинул, что дочь в младших классах может быть у женщины даже в 25 лет.
Поужинали и вернулись к столу. Взяли последний том собрания сочинений, посмотрели в нем алфавитный указатель всех произведений, обсудили его и кое-что добавили в список, составленный Владимиром до ужина. Я сказала, что теперь нужно этот список разделить на два: рекомендательный указатель для обязательного чтения и для дополнительного. Владимир сказал, что за это он не возьмется, это я должна сделать сама. Но мы посмотрели список вместе и поставили крестики, возле тех произведений, которые пойдут в обязательный список и нолики, возле тех, что в дополнительный. На этом работа была закончена, остальное Вера могла сделать сама.
Владимир спросил, не нужно ли мне что-нибудь починить, или прибить, или привинтить, словом сделать какую-нибудь мужскую работу. Он спросил: «Трудно в доме без мужчины?» Я сказала, что поскольку я без мужчины только первый день, то я еще не знаю, трудно или нет. День был жаркий, и захотелось принять душ. И тут я сообразила, что у меня есть для Владимира мужская работа. У нас в ванной была неисправна задвижка. Строители сделали ее так, что выдвигающаяся часть задвижки не совпадала с отверстием, в которое она должна входить. Я сказала об этом Владимиру, показала ему ящик с игоревыми инструментами, и за несколько минут он все исправил. Он спросил, как давно мы живем в этой квартире. Я сказала, что почти 3 года. Он сказал: «Значит, 3 года вы обходились без задвижки, она вам не была нужна и вдруг срочно понадобилась. Это Вы мне не доверяете?» Я сказала, что я ему вполне доверяю, но в доме должно быть все в порядке, к тому же он хотел сделать для меня что-нибудь полезное.
Я приняла душ и Владимиру предложила, дала большое махровое полотенце. Потом мы посидели на балконе, перешли в комнату. Разговаривали, вот не могу вспомнить о чем, наверно ни о чем и обо всем. Он оказался человеком не совсем моего круга, он был другой, но тем интереснее было общаться. Я как то жила очень изолированно среди своих. Во время разговора я все время вертела в руках маленькие ножницы, есть у меня такая дурная привычка вертеть что-нибудь в руках. Игорь специально для этой цели выделил цепочку и еще выточил деревяшку приятную на ощупь и красивую. Но сейчас под руку попались ножницы. Владимир спросил, почему я не выпускаю ножницы из рук. Я сказала: «А это если Вы будете ко мне приставать, то я воткну ножницы Вам в глаз». Сказала и увидела на его лице выражение настоящего страха, прямо таки ужаса. Он оказался в чужом доме, первый раз меня видит, а может я сумасшедшая. Он спросил: «А если я не буду приставать?» Я ответила: «Тогда Вам ничего не угрожает».
Стало поздно. Владимир сказал, что домой ему ехать очень далеко, куда-то за Черемушки, а утром на работу тоже ехать далеко. Работает он возле метро Аэропорт, выходит, работает он близко от моего дома. Он сказал, что как добрый человек и вообще гуманист, я должна разрешить ему переночевать здесь. В квартире было две комнаты, в каждой было спальное место, и на кухне у нас была кушетка. Друзья часто ночевали у нас. Никаких оснований отказать Владимиру в его просьбе, кроме чисто ханжеских, у меня не было. Я сказала, что он может остаться, но уговор, то о чем мы договорились на пороге, остается в силе. Он кивнул, и я достала простыни. Он сказал: «Если Вы меня оставляете только на одну ночь, то жалко чистые простыни». Я сказала, что простыней не жалко, их стираю не я, а прачечная и спросила: «А на сколько ночей Вы хотели бы здесь остаться?» По его прямому взгляду и выражению решимости на лице я поняла, что он ответит, и предупредила его: «Навсегда! Правда?» Он сказал, что я все правильно поняла, он хотел бы остаться навсегда. Он сказал это искренне, чуть ли не со слезами на глазах и смотрел на меня с надеждой. Я подумала, как легко получить то, что тебе совершенно не нужно. А вот если хотела бы я, чтобы он со мной остался – фиг бы я его удержала. Равнодушие – большое преимущество. Возможно, действительно ему понравился мой дом, и показалось, что этот дом и этот человек могли бы стать прибежищем, тихой гаванью. У меня было ощущение, что здесь он позволил себе расслабиться и отдыхает и что с ним это редко бывает.
Он сам постелил себе постель, пора было ложиться спать. Я сказала, что мне нужно выспаться, завтра на работу я должна быть в хорошей форме. Теперь мне нужно особенно стараться работать, я осталась одна, кто будет кормить мою дочь. Он, конечно же, сказал: «Я буду кормить Вашу дочь, Вы только разрешите». И мне опять показалось, что он говорит искренне.
Легли спать каждый в своей комнате, ночью я проснулась от ощущения, что на меня кто-то смотрит. Владимир сидел в кресле возле моей постели. Я сказала: «Что Вы здесь делаете? Почему Вы не спите?». Он ответил: «Я просто смотрю на Вас». Я ему объяснила что я не Софии Лорен и не Брижит Бардо, я не зрелище и нечего на меня смотреть. Я сказала, что если он сейчас же не уйдет в свою комнату, я его выгоню из дома. И представьте, он встал и послушно ушел. Бывают же люди.
Утром, пока я готовила завтрак, он целый лист бумаги исписал своими контактами. Там были телефоны и адреса его дома, двух мест его работы, телефон его мамы и пр. Прочитав это, я поняла, что Владимир, который гордо именует себя строителем, на стройке не работает, а работает в каком-то проектном институте или даже двух, наверное, мнс (младший научный сотрудник).
Он сказал, что без приглашения он не решится ко мне сюда приехать, но как только я захочу, мы встретимся. Он сказал, что я непременно должна ему сообщить, какую оценку получит Вера за курсовую работу. У меня дома телефона не было, и служебного телефона я ему не дала. Больше мы не виделись. На следующий день пришел Игорь, мы не виделись три дня и очень друг другу обрадовались. Бросились друг к другу будто были в разлуке годы. Когда пришли в себя, Игорь сказал: «Даже если мы расстанемся, как хорошо, что был этот порыв, я его буду помнить всегда». А я подумала, что за чушь он несет, как это мы расстанемся. Я совсем забыла, что сама приняла такое твердое решение и сообщила ему об этом. А на завтра я сказала Игорю, что хочу ему рассказать, что здесь было без него. Он сказал: «Не надо, не рассказывай. Я заметил, что в доме был мужчина, и это был не Олег Л.». Я сказала, что расскажу ему всю историю, а он сказал: «от подробностей меня, пожалуйста, избавь». Я сказала, что если ему это не интересно, то я могу не рассказывать, но, боюсь, он подумал, чего и не было. Он спросил: «А чего и не было?». Я сказала: «Конечно, не было». Он спросил: «Почему?». Я ответила: «Странный вопрос после 10 лет совместной жизни. Ты знаешь, что мне и с родным человеком не всегда просто. Что же ты можешь себе представить меня с чужим?». Он сказал: «Да как же я не сообразил, ты даже если бы хотела мне назло, то не смогла».
Вера красиво оформила два библиографических указателя и за курсовую работу получила пятерку. Но Владимир об этом не узнал.

  • 1
Спасибо за Вашу историю.

Ах, как вам неприятно и надоело!.. Украинские герои, которыми вы так восхищаетесь, сожгли заживо всего-навсего четыре десятка сепаратистов, беременных и пожилых, вот спасшихся не всех добили... ах, граф, отдохнем от этих тривиальных мелочей жизни, поговорим о чем-нибудь другом...

О, бывают такие странные истории. Я могла бы рассказать, как полночи пила практически чифирь в номере атташе нашего посольства в Анголе. Дело было не в Анголе, а вовсе даже в Софрино. И он уговаривал меня ехать в Анголу зарабатывать деньги, а когда я сказала, что не пью, он решил, что мне там делать нечего.

Да, сейчас такая история врядли могла бы быть, а история хорошая.

История хороша тем, что показывает, насколько глупы бывают мужья и насколько умны бывают жёны...

Хорошая история, но она не связана со временем. Порядочные и благородные люди есть всегда. Со мной было и похлеще:) Пошел дождь, я поскользнулась, упала в грязь на Петропавловском пляже. Из-под моста, где люди пережидали дождь, выскочил парень, помог мне подняться и предложил пойти к нему домой, помыться и подсушиться. Парней оказалось несколько, и я пошла с ними. Они постирали мне платье, выгладили! и накормили пирожками с чаем.

Действительно ,очень нетипично для нашего времени.Спасибо за такое воспоминание)))

Вы хотите сказать, что в 66-ом не было маньяков? Вам повезло, хотя риск был нешуточный.

Какая чушь! Устали, значит, барахтаться...Сначала вранье и цинизм, потом эта приторность.
А отвечать за свои слова в прошлых текстах собираетесь?
Порядочный человек в такой ситуации хотя бы извинился.

Зачем же, нам еще расскажут о природе и о погоде. Стихи почитают.

Очень нравится ваше изложение! А история не кажется необычной, вполне вписывается в реалии того времени)

Хорошо, когда есть такое прошлое, в котором можно отдыхать. Какое же прошлое будет у сегодняшних?

Ура! Наконец-то!
Интересная история. Вы были очень смелой и внутренне свободной. Я примерила эту ситуацию на себя... нет, я бы так не смогла. Для меня ситуация "мужчина и женщина одни в квартире" была бы чрезмерно провокативна - не столько, может быть, со стороны мужчины, сколько со своей стороны. Так что я благоразумно в такие ситуации не попадала.
А мужа вы, судя по всему, не так уж и любили, вы скорее позволяли себя любить. Такое нередко бывает, когда один любит, а другой позволяет себя любить.
И очень прошу - не возвращайтесь к злобе дня. Она того не стоит.

Вы смелая женщина! Небольшая неточность: не получается, что вы с мужем расставались на три дня, получается, что на два или даже полтора.

отличный сюжет для французской мелодрамы :)

Хорошая история, спасибо :) Мне изложение не кажется сухим и скучным, наоборот, читается на одном дыхании! Да, рискованно, со стороны, но мне кажется, у вас хорошая интуиция, и вы почувствовали, что Владимир не опасен.

  • 1