Энгелина Борисовна Тареева (tareeva) wrote,
Энгелина Борисовна Тареева
tareeva

Category:

В связи с комментариями и в связи с выборами.

Если я уж оказалась втянута в избирательную кампанию, чего я не хотела, то теперь я хочу порассуждать о поведении избирателей. С какими критериями они подходят к кандидату, как они решают за кого голосовать. Я хочу это рассмотреть на примере отношения к Сергею Митрохину.

Я вовсе не поклонница Митрохина. Его стиль не кажется мне безупречным. Мне в нем не хватает блеска, яркости, звонкости. Его манера говорить — медленно, спокойно, основательно, всегда конкретно и только по делу, без пафоса и полета, меня не очень увлекает. Хотелось бы больше эмоциональности и заразительности. Но известно, что обаяние и надежность никогда не ходят рука об руку. Это старая истина. Есть даже английская поговорка на эту тему. Мой любимый американский писатель-шестидесятник Курт Воннегут определил обаяние, как «качество, по которому нам нравится человек, независимо от того, что он против нас задумал». Избиратель ориентируется на внешнее обаяние, а я проголосовала бы за Митрохина, даже если бы не была членом «Яблока», тем более, если бы не была членом «Яблока».

Митрохин был депутатом Московской городской думы. Когда в МГД была яблочная фракция, она внесла много полезных предложений, некоторые были приняты, москвичи это ощутили на себе. Я думаю, все эти документы можно найти и прочесть, теперь ведь все открыто, но только избирателям это почему-то не интересно.


Митрохин знает проблемы города, в частности, проблемы ЖКХ, он писал об этом. Вообще ЖКХ буквально с момента создания партии было главной фишкой «Яблока». Самым крупным специалистом, экспертом в области ЖКХ в нашей стране я считаю нашего яблочника и моего друга Семена Бурда. Так что Митрохину, который и сам специалист в области ЖКХ, в Яблоке есть на кого опереться. По вопросам ЖКХ с Семеном советуются и в Москве, и в Петербурге, Новгороде, Чудове и пр. Вообще, ЖКХ очень сложная область - лес дремучий. Законы, подзаконные акты, решения, постановления, правила, принимавшиеся в разные годы, — во всем этом трудно разобраться, а с этим связано формирование тарифов. Из рассказов Семена я поняла, что он встретил только одного человека, который сумел в этом во всем разобраться, с которым он мог говорить на одном языке. Этот человек - старая женщина, блокадница, она живет в Петербурге. Она сочла необходимым в этом разобраться, когда ей и ее друзьям-пенсионерам прислали счет за коммуналку, превышающий их пенсию.( Свернуть )

Когда в Московской городской думе была фракция «Яблоко», я не следила пристально за ее работой, была занята другим, но сейчас я слежу за работой нашей фракции в Законодательном Собрании Петербурга, которой руководит Явлинский. Семен работает помощником депутата Явлинского, ведет прием избирателей один день в неделю с утра до вечера и, возвращаясь в Москву, мне об этом рассказывает, так что петербургские дела я хорошо знаю.

Что касается тарифов ЖКХ, то в Петербурге произошло следующее. В счет за коммунальные услуги, которые получают жильцы, включили графу «общедомовые нужды». В этой графе три строчки: холодная вода, горячая вода и электричество. Расход по этим трем графам на каждого человека превысил раза в 2 – 3 нормативный расход на жильца в квартире. Фракция «Яблоко» стала разбираться с этими счетами, с тем, как рассчитывается расход воды и пр. общедомовые нужды на человека. И в результате этой кропотливой работы и сложной борьбы с заинтересованными инстанциями, удалось снизить счет на общедомовые нужды в 7,5 раза. Жуликов и воров не уничтожили, но пользу гражданам принесли. Я это говорю к тому, что избиратели, решая за кого голосовать, совершенно не интересуются тем, может ли их кандидат сделать что-либо для города и для них, сумеет ли и захочет ли. Если бы они об этом думали, то у Митрохина бы прибавилось сторонников. Его программа конкретна, профессиональна, детально проработана и убедительна.

И раз уж зашел разговор о кандидатах в мэры, то я скажу и о Собянине. Я не стану за него голосовать, в его деятельности есть много такого, что мне не нравится. Собянин систематически, последовательно и упорно преследует малый бизнес, в частности тех, кто занимается торговлей продовольствием. Закрытие рынков, повсеместный снос палаток и ларьков, повышение арендной платы для владельцев небольших магазинов до такого уровня, что они вынуждены эти магазины закрыть — все это, на мой взгляд, резко ухудшает ситуацию со снабжением продовольствием в Москве. Повышение арендной платы отражается на цене продуктов, и в конце концов эту плату вносим мы, покупатели. Выживают только крупные супермаркеты, и так как действия Собянина освободили их от конкуренции, могут назначать монопольно высокие цены.

Усилиями Собянина за последнее время цены на продукты, особенно на овощи, сильно выросли, а время, затрачиваемое на их покупку, выросло еще больше. В микрорайоне где я живу, был один продовольственный магазинчик с доступными ценами, он располагался в нашем доме и был открыт 24 часа в сутки. Несмотря на небольшую площадь, в этом магазине было все: бакалейные товары, гастрономические, молочные продукты, хлебобулочные изделия, кондитерские, овощи-фрукты, мороженые мясо и рыба и пр. В марте этого года владельцам этого магазина повысили арендную плату настолько, что им пришлось закрыть магазин. В это помещение въехала кулинария «Братьев Караваевых». Цены на кулинарные изделия там настолько высокие, что покупать их жителям наших домов не по карману. Да нам и не нужны кулинарные изделия, мы готовим сами. А вот хлеб приходится покупать в этой кулинарии, потому что больше негде. Хлеб у них хороший, но стоит он от 120 до почти 200 рублей за кг., дороже курицы. И, представьте, я этот хлеб покупаю, можно бы конечно его не покупать, а съесть побольше курицы, но я привыкла есть все с хлебом. На моем кошельке и на бюджете моей семьи деятельность Собянина отразилась. Мы стали жить хуже.

Наш градоначальник собственными руками снизил жизненный уровень населения города и сделал это по причинам, которые я понять не могу. Заместитель Собянина по вопросам экономической политики Андрей Шаронов, предложивший несколько интересных экономических программ, публично заявил, что доработает до конца выборов и уйдет в отставку. Он объяснил, что причина отставки – разногласия с Собяниным по вопросам малого бизнеса. Москва – один из самых дорогих городов мира, если не самый дорогой, в то время как работающие москвичи далеко не самые высокооплачиваемые. Рыночные цены определяются соотношением спроса и предложения. Чтобы цены снизились, нужно, чтобы предложение было большим и чтобы была конкуренция. Собянин работает и против того, и против другого.
Рыночные торговцы и те, кто торгует вразнос, преследуются, как нам объяснили, потому, что не платят налогов. Но задача снабжения продовольствием для власти должна быть важнее задачи получения налогов.

Когда я занималась информацией в области архитектуры и строительства (я об этом рассказывала), я каждый месяц читала польский журнал «Сельское строительство». И там я прочла, что крестьяне, которые при строительстве нового дома предусматривают дополнительные комнаты для сдачи внаем отдыхающим, получают налоговые льготы. А если они планируют в этом доме еще и столовую, в которой предполагают кормить отдыхающих, используя продукты собственного хозяйства, получают еще большую льготу.

Американка, которая несколько лет жила у нас в течение недели (я рассказывала об американцах, приезжавших усыновлять детей и живших у нас), рассказала, что у нее на участке кроме жилого дома есть отдельно стоящий гараж и над гаражом квартира, которую она сдает внаем. За то, что она сдает квартиру, у нее не только не взимают налог с получаемой ею арендной платы, но ее освободили от налога на недвижимость.

То же самое, как мне известно, происходит в Израиле. Те, кто сдает там жилье, за сколько они его ни сдавали, получают общие налоговые льготы. Существуют жилищная и продовольственная проблемы, которые власть должна решать. И те, кто способствует решению этих проблем, даже получая от этого прибыль, получают и государственную льготу. У нас все не так.

Бюджет Москвы 2 триллиона, сравним с бюджетом нашего государства — всего раз в 5-6 меньше. Доходы города огромные, а между тем у Москвы большой государственный долг, бюджет дефицитный. Причина этого долга — грандиозные дорогостоящие проекты, смысл которых не вполне понятен москвичам. Эту манию грандиоза наши сегодняшние правители, мне кажется, унаследовали от Советского Союза. Но тогда ситуация была иной, все принадлежало государству. А теперь почти все принадлежит частным лицам, которые уводят прибыль из страны, так что все эти проекты напрямую оплачиваем мы с вами.

Один из таких проектов — мощение городских тротуаров гранитной плиткой. То, что получается в других странах, у нас просто не получается, и эти местные особенности нужно учитывать. Деньги разворовываются, плитка плохого качества (возле Марфо-Мариинской обители она уже крошится), работы также выполнены некачественно. Для этого дела требуется высокое качество работ и при подготовке основания, и при мощении, а работают люди неподготовленные. И это не единственный такой проект.

Эти дорогостоящие проекты обездолили в Москве здравоохранение и образование. В том, что делается, много показухи, вроде бы что-то делается, а становится только хуже.
Очереди в детские сады почти ликвидированы за счет того, что наполняемость детских садов увеличилась вдвое без увеличения площадей, без увеличения количества воспитателей. Мои друзья, которые водят детей в детские сады, говорят, что это теперь не сады, а камеры хранения для детей, которых сдаешь туда, испытывая тревогу. Знакомая моей подруги, пожилая женщина, всю жизнь проработавшая в детском саду, теперь, когда ей осталось немного до пенсии, ушла из детского сада и поступила работать горничной в гостиницу. Ушла потому, что ей очень жалко детей и потому, что она боялась, что в новых условиях просто не справится с обязанностями воспитателя, не сможет сохранить детей. В группе 40 человек в возрасте от 3- лет. Для прогулки всех нужно одеть, пока одеваешь 39-го первые уже вспотевшие и обессиленные лежат на полу. Выпускать их постепенно нельзя, потому что снаружи некому за ними присмотреть. А о здравоохранении я уж и не говорю.

То, что из поликлиник убрали специалистов, объединив их в некоем Центре, то, что на несколько поликлиник, иногда находящихся в разных районах, один главврач, ухудшило положение и врачей, и больных. Раньше человек приходил в свою районную поликлинику, находящуюся от него в пределах пешеходной доступности, и, если не требовалась госпитализация, то больше ему никуда идти не нужно было. Теперь, если ему нужен специалист — невропатолог, офтальмолог — он должен ехать в какой- то центр, если ему нужна печать, то она имеется только у администрации главврача, и нужно ехать еще в какое-то третье место.

Много говорят о повышении зарплаты врачам. Про поликлиники я не знаю, а что касается больниц, то ее едва-едва удалось сохранить на прежнем уровне. Сняли доплату за категорию, что, кстати, лишило врачей стимула для развития. Вместо этого создали в больнице какой-то премиальный фонд, по какому критерию давать премию непонятно, к тому же этот фонд очень невелик. Эта система с премиями ставит врача в зависимость от личных отношений с теми, кто вопрос о премиях решает.

У преподавателей вузов тоже сняли тарифную сетку, и их зарплата сильно уменьшилась.

Чтобы быть объективной, я должна сказать что-нибудь в пользу Собянина. В пользу Собянина я могу сказать, что такой мегаполис как Москва — это огромный и сложный организм, которым трудно управлять, правда, Лужков управлял. При нём была коррупция и беспредел, но он все-таки держал город. Теперь коррупция и беспредел никуда не делись, но, похоже, что управление городом потеряно. Я могу привести доказательства этому, но тогда разговор станет бесконечным. В пользу Собянина можно сказать еще вот что: если Навальный на него ничего не нарыл, кроме приватизации служебной квартиры, то наш ВРИО мэра - очень порядочный человек.

Tags: Навальный, Яблоко
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments