?

Log in

No account? Create an account

tareeva


Интеллигентская штучка

до конца своих дней


Previous Entry Поделиться Next Entry
Памяти Николая Асеева
tareeva
Дорогие френды, в связи с тем, что вчера был юбилей Николая Асеева, 50 лет со дня смерти, я предлагаю вам прочесть кусок из "Лирического отступления. Дневник в стихах"

Читатель, стой!
                Здесь часового будка...
Здесь штык и крик.
                   И лозунг. И пароль.
А прежде -
           здесь синела незабудка
Весёлою мальчишеской порой!

<...>


Ни сердцем,
            ни силой -
                       не хвастай...
Об этом лишь в книгах умно!
А встреться с такой вот бровастой,
И станешь ходить, как чумной.
От этой улыбки суровой,
От павшей
          до полу
                  косы,
Порывами ветра сырого
Задышет апрельская синь.
От этой беды
             тонколицей,
Где -
      жизни глухая игра,
Дождям и громам перелиться
Через горизонтный край.
И вскинет
          от слова простого
Примявшего вкось ковыли,
Курьерская ночь до Ростова
Колёсами звёзд шевелить.
Ничем -
        ни стихом,
                   ни рассказом,
Ни самой судьбой ветровой,
Не будешь так скомкан
                      и разом
Распластан вровень с травой.
Тебе бы не повесть,
                    а - поезд,
Тебе-б -
         не рассказ,
                     а - раскат,
Чтоб
     мчать,
            навивая
                    на пояс
И стран
        и событий каскад.
Вот так
        на крутом виадуке,
Завидевши дальний дымок,
Бровей загудевшие дуги
Понять
       и запомнить я-б смог.
Без горечи, зависти, злобы
Следил бы
          издалека,
Как в чёрную ночь унесло бы
Порывы паровика!
А что мне вокзальный порядок,
На миг вас
           сковавший со мной
Припадками всех лихорадок,
Когда я
        и сам
              как чумной!

3.

Скажешь:
         вона! Завыл опять!
Ты глумишься -
               а мне не совестно.
Можно с каждой женщиной спать,
Не для каждой - встаёшь в бессоннице.
Хочешь вновь я тебе расскажу
По порядку,
            как это водится,
Ведь - каким я теперь брожу
И тебе как-нибудь забродится.
Всё вокруг
           зацветёт, грустя,
Словно в дальние страны едучи,
Станет явен
            всякий пустяк -
Каждой поры в лице и клеточки.
Руку тронешь -
               она одна
Отзовётся
          за всех и каждого,
Выжмет с самого сердца дна
Дрожь удара
            самого важного.
Станешь таять,
               как снег в воде -
Не качай головой пожалуйста,
Даже - если-б ты был злодей,
Всё равно - затрясёт от жалости.
Тьма ресниц и предгрозье губ,
Запылавших цветами в Фаусте...
Дальше -
         даже и я не смогу
Разобраться в летящем хаосе,
Низко-низко к земле присев,
Видишь - вновь завываю кликушей -
Я-б с размера не сбился при всех,
Да язык
        до синя прикушен!

4.

За эту вот
           площадь жилую,
За этот унылый уют
И мучат тебя и целуют
И шагу ступить не дают!?
Проклятая, тихая клетка
С пейзажем,
            примёрзшим к окну,
Где полною грудью
                  так редко
Так медленно
             можно вздохнуть.
Проклятая чёрная яма
И двор с пожелтевшей стеной,
Ответь же как другу мне,
                         прямо -
Какой тебя взяли ценой?
Молчи! Всё равно не ответишь,
Не сложишь заученных слов,
Не мало
        за это - на свете
Потеряно буйных голов.
Молчи!
       Ты не сломишь обычай,
Пока не сойдёшься с одним -
Не ляжешь покорной добычей
Хрустеть,
          выгибаясь под ним!
Да разве тебе растолкуешь,
Что это -
          в стотысячный раз
Придумали муку такую,
Чтоб цвёл полосатый матрас.
Чтоб ныло усталое тело,
Распластанное поперёк,
Чтоб тусклая маска хрипела
Того, кто тебя изберёт!
И некого тут виноватить:
Как горы -
           встают этажи,
Как громы -
            пружины кроватей,
И -
    надобно как-нибудь жить!
Так, значит -
              вся молодость басней
Была?
      И помочь не придут,
И день революции сгаснет
В неясном рассветном бреду.
Но кто-нибудь сразу,
                     вчистую
Расплатится-ж
              блеском ножа,
За эту вот
           косу густую
За губ остывающий жар.

5.

От двенадцати - до часу
Мне всю жизнь к тебе стучаться!
Не по жиле телефона,
Не по кодексу закона,
Не по силе,
            не по праву
Сквозь железную оправу.
Даль весенняя, сквозная! -
Я тебя другою знаю:
Я тебя видал такою,
Что - не двинуться рукою.
В солнце, в праздник,
                      в ветер, в будень,
Всюду влажный синий студень.
От двенадцати до часу
Мне сквозь мир к тебе стучаться,
Обо всё себя ломая
Сквозь кронштейны,
                   сквозь трамваи,
Сквозь насмешливые лица,
Сквозь свистки и рысь милиций,
Сквозь забытые авансы,
Сквозь лохмотья хитрованцев,
Сквозь дома
            и сквозь фиалки,
На трясущем катафалке.
От двенадцати до часу
Навкось мир начнёт качаться
Мир суровый, мир лиловый
Страшный, мёртвый мир былого,
Мир, где от белья и мяса
Тучи тушами дымятся,
Где стреляют, режут, рубят,
Где губами
           жгут и губят,
Теми-ж
       ими же болтая
Об эпитетах в "Полтаве"!
Я доволен буду малым,
Если грохнет он обвалом,
Я и то почту за счастье -
Если брызнет он на части,
Если мне сломавши шею
Станет чуть он хорошее.
Это всё должно качаться
От двенадцати до часу.
<...>

  • 1
Спасибо большое.
Только что совершенно случайно нашел Ваш журнал, и безумно рад.

И от меня спасибо.Не читала раньше

  • 1