Энгелина Борисовна Тареева (tareeva) wrote,
Энгелина Борисовна Тареева
tareeva

Categories:

Воспоминания. Михаил Светлов. Продолжение 1.

Дорогие френды, мы продолжим разговор о посте «Завтра первый день войны», ваших комментариях к этому посту, моих комментариях к вашим комментариям, и т.д. Но сначала я кончу воспоминания о Светлове.

Уважаемая
einat_ceisar, моя подруга Рита не тот человек, о котором вы думаете. Она никогда не жила в Израиле. Рита была советская патриотка, а в советском патриотизме в то время непременно присутствовал антисемитский душок. Ее мама заведовала кафедрой Научного коммунизма в МАИ.

Я продолжу воспоминания о Светлове. В прошлый раз я кончила на том, что рассказала о моем втором, уже взрослом и самостоятельном знакомстве со Светловым. Потом Рита его встретила на какой-то тусовке, и Светлов спросил у нее: «А где твоя подруга? Такая колючая, но не злая, не злая». Мне было приятно, что Светлов запомнил меня с первого знакомства.

Как-то мы с Ритой, пообедав в Артистическом кафе, возвращались в университет. Была летняя сессия, и мы все дни проводили в читальном зале. Когда мы из проезда Художественного театра (теперь это опять Камергерский переулок) свернули на улицу Горького, то встретили Светлова. С ним был незнакомый человек, которого Светлов представил как своего друга, я не запомнила его фамилии, потому что она мне ничего не говорила. Все обрадовались встрече. Светлов пригласил нас пообедать в «Арагви», куда они направлялись. Мы сказали, что уже пообедали, наелись до отвала. Светлов сказал, что если мы сыты, мы могли бы просто поесть мороженого, но мы и мороженого не хотели. Светлов сказал, что мы могли бы просто посидеть с ними, составить им компанию, могли бы просто интересно пообщаться. Рита согласилась первая, и мне ничего не оставалось, как присоединиться. В «Арагви» Светлову обрадовались, отвели в лучший кабинет, и принимали, как дорогого гостя. Я только сейчас, когда пишу эти строки, сообразила, что, может, это связано с тем, что Светлов был женат на грузинке из знатного рода. Мужчины стали изучать меню и заказывать обед. Заказали дорогущие блюда, потом решили добавить к обеду салат из красной капусты. Но сколько взять салата? Светлов сказал: «Возьмем одну порцию на двоих, нужно экономить». Принесли шашлык «Любительский на ребрах», запах был умопомрачительный, ясно было, что его готовили по-особому, с любовью к гостю. Хоть мы с Ритой и были сыты, от этого запаха рот наполнился слюной. Мужчины отрезали нам по ребрышку, мы их быстро обглодали, нам отрезали еще по ребрышку. Так мы съели почти по половине шашлыка. К шашлыку подавали «Мукузани», и мы выпили по глоточку с целью дегустации. Вино было прекрасно. За обедом Светлов рассказывал, что сейчас они живут в Тишковском лесничестве, снимают дом. Он и Рысс пишут пьесу. Был такой драматург Евгений Рысс. Он писал пьесы в соавторстве с Воеводиным. Воеводин и Рысс это было такое же привычное словосочетание, как Ильф и Петров, или Масс и Червинский. Нас несколько удивило, что Рысс на этот раз объединился со Светловым. Светлов стал уговаривать нас с Ритой приехать к ним в лесничество хоть на пару дней. Можно выехать вместе с ними сегодня вечером, чтобы переночевать в лесничестве и встретить рассвет над рекой, можно выехать завтра утром, как нам удобнее. Я сказала, что поехать не могу, потому что мне нужно заниматься, у меня хвост по латыни, и я хочу его сдать в эту сессию. Светлов и его друг продолжали нас уговаривать. Мы спросили, что там у них в лесничестве есть хорошего. Светлов сказал, что у них есть все: «Есть лес, есть речка, есть даже евреи, можно устроить маленький погромчик.». Мы стали сомневаться, будет ли нам там хорошо. Светлов сказал: «Да я костьми лягу, чтобы вам было хорошо. Лег бы чем-нибудь другим, да нечем». Он действительно был очень худой, кожа и кости. Мы выразили опасение, что там мужчины будут к нам приставать. Светлов сказал: «Какие мужчины? Там никого нет кроме нас, а нас так легко отвергнуть».
Хочу рассказать еще незначительный эпизод, очень характерный для Светлова. Светлов был добрый человек, никогда ни о ком не говорил дурно, и не выносил, когда другие это делали в его присутствии. В «Арагви» нас обслуживал дюжий молодой грузин, настоящий атлет. Я удивилась, что такой парень, который мог бы горы своротить, выбрал холуйскую профессию. Светлова мое высказывание покоробило, и он сказал: «А я удивляюсь, как это у умной интеллигентной девушки хвост по латыни?»
Из «Арагви» мы с Ритой пошли в университет, мужчины нас провожали. Мы шли чуть впереди, а они чуть сзади, и мы услышали, как друг говорил Светлову: «Миша, посмотри на Линочку. Она маленького роста, но как она пропорционально сложена». Мы разозлились, и Рита сказала: «А теперь вы, знатоки, пойдёте вперёд, а мы будем идти сзади и обсуждать ваш экстерьер».
Как-то мы были в ресторане «Националь» впятером. Мы с Ритой, Игорь Тареев, Герман Плисецкий и Юз Алешковский. Когда пришло время рассчитываться, выяснилось, что денег ни у кого нет, каждый рассчитывал, что деньги есть у других. Положение было неловкое. Непонятно было, что делать. Оглядели зал в поисках знакомых и увидели за одним из столиков Светлова с компанией. Юз подошел к нему и сказал: «Михаил Аркадьевич! Не одолжите ли вы нам до завтра 219 рублей, нам до счета не хватает». Светлов спросил: «219 не хватает? А какой же у вас счет?» Юз ответил: «219 рублей». Светлов сказал: «Босяки!», но денег дал, к счастью они у него на этот раз были.

Продолжение следует…
Tags: Воспоминания, Светлов
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments